Личный кабинет
Елена Сироткина "Педагогическая тетрадь"

Часть первая. Глава 13. Виртуозы учебного рынка. Корреляция и корректура






Часть первая. Учёные мужи, журналисточки и Пушкин

Глава 13. Виртуозы учебного рынка. Корреляция и корректура
[attachment=58252:Книги.jpg]

«Педагогический калейдоскоп» ставил перед собой задачу сбора информации про самые разные тенденции и события в образовательной сфере. Но без участия чиновников – мы ограничивались новостными сообщениями о смене министров (смены эти происходили очень быстро в то время) и инициативах ведомства. Научным всяким господам слово предоставляли – в порядке именно общественной дискуссии о судьбе российской педагогики. Кажется, у Гиршовича тоже была научная степень, хотя я не знаю этого точно – он не любил распространяться о своих личных заслугах.

После выхода каждого нашего номера мы проводили для себя его критический обзор. Это делали редакторы и пишущие журналисты по очереди. Штука незатейливая, но помогает объединить редакцию и определить дорогу, по которой идёт издание. Когда человек, работающий в газете, прочитывает её хотя бы раз в месяц всю – не ограничиваясь собственными материалами, – она становится ему ближе, понятней, важней. Мы не стеснялись критиковать друг друга, объяснять, почему та или иная статья воспринимается сложно. И наоборот – поздравляли авторов с удачей. Придумали несколько новых рубрик. Одна из них, «Наедине со всеми», предоставляла возможность журналистам сказать что-то лично от себя – ведь читателям всегда интересно, что собой представляет то или иной человек, печатающийся в издании, к которому он привык. Обычно почему-то такую колонку отдают главному редактору, что я считаю неверным: у читателя складывается впечатление, что руководитель просто «являет себя», пользуясь служебным положением.

Ещё возникла рубрика «Линия жизни». Не знаю, как случилось, что у телеканала «Культура» (он возник в ноябре 1997 года, то есть почти одновременно с моим приходом в «Педагогический калейдоскоп») появилась программа с таким же названием – вполне возможно, что хорошая мысль пришла в разные головы одновременно. :) Мы решили, что неплохо бы брать такие интервью у известных людей, в которых они рассказывали бы о своём жизненном пути, о причинах выбора профессии, об их личностных ценностях, о людях, повлиявших на них.

Придумалась и «Педагогическая гостиная». Ежемесячно мы устраивали обсуждения тех или иных значимых тем, приглашая к себе учителей, журналистов из других изданий, педагогов из Российской академии образования (РАО). Это помогало всем: нам – узнавать, что реально волнует общество и специалистов; учителям – отряхнуться от выматывающей рутины, почувствовать себя не винтиками-шпунтиками в образовательной системе, а живыми людьми, от которых зависит так много; нашим коллегам и теоретикам – встретиться с этими самыми живыми людьми. Интересно и то, что на наши сборища стали охотно приходить студенты – будущие педагоги и журналисты. Какой-то добрый слух пошёл по Москве о том, что с газетой есть смысл дружить.

Однажды в редакторскую комнату влетела Света, отвечающая за рекламу «Новой школы».

- Девчонки! Я была на выставке, там на конференции Кезина сказала, что она считает нашу газету лучшей из всех педагогических! Самой информативной и к народу близкой…

- Вот как. Департамент столичный, оказывается, нами живо интересуется.

Любовь Петровна Кезина рулила тогда московским образованием. Я никогда её в глаза не видела, слышала только несколько интервью по радио. Тётенька не глупая была, с солидным практическим опытом. В 1990-е годы довольно активно включилась в бизнес, её сын возглавлял издательство «Московские учебники». Однажды в неё даже стреляли – печатание учебников и последующее обеспечение ими российских регионов приносило нешуточные доходы, поэтому рынок делили по-взрослому.

Российское образование вообще к концу 1990-х всё увереннее вставало на коммерческие рельсы. А кто-то думал, что при рыночной экономической системе будет иначе? Рынок в принципе не может ставить долгосрочных целей, да ещё и с гуманитарным акцентом. Прибыль через прибавочную стоимость – единственная цель. Ну, а в эпоху, когда сами деньги стали прибыльным непервичным товаром, что неизбежно ведёт к самым разным спекуляциям и фальсификациям, выходящим далеко за пределы реальной стоимости первичного товара, возможно ли остановить человека какими-то моральными постулатами? Не мечтайте.

Сами учебники, которые рьяно стали изготавливать всевозможные издательства, утешающие себя тем, что борются за вариативность в образовании, редко были похожи на то, что требовалось ученику и учителю. Их, собственно говоря, никто и не спрашивал о таких потребностях. Предприниматели получали разрешения министерства на выпуск, школы оповещали о том, что учебники им рекомендованы. А местные чиновники за отдельное вознаграждение активно продвигали в массы нужные товары. Сами эти замечательные книги, похоже, читали только корректоры. Читали и плакали – только от одного количества орфографических и пунктуационных ошибок.

Вообще написание школьного учебника – штука очень сложная. Это должен быть не просто информативный текст, а текст, подходящий для восприятия ребёнка, подростка. Но ни в коем случае он не должен сбиваться при этом на бессистемную развлекуху. Кто может быть автором такой книги? Тут нужны и знание учебного предмета во всей его полноте, и умение отделить необязательные для ученика части содержания, и учёт физиологических и психических особенностей конкретного возраста читателя, и понимание того, как будет работать с материалом учитель, и виртуозное владение русским языком. Поэтому не может быть большого числа качественных учебников – нет в самой природе такого числа потенциальных их составителей. И, к сожалению, нет у нас никакой предварительной подготовки автора к созданию учебника. Если вы не знакомы собственно с учебным процессом, чем вы поможете ученику и учителю?

В издательстве Гиршовича с учебниками было то же, что и везде. Остепенённые научные деятели, скучавшие до того в своих НИИ, жадно схватились за новые возможности, побежали строчить учебную литературу. Из-под активных их перьев чаще всего выходили странные сборники того-сего. Разделы учебников плохо соотносились друг с другом, местами были просто переписаны из диссертаций и журнальных публикаций. Учителя хватались за головы: им нужны были ясные, точные тексты, которые могли бы при самостоятельном чтении подростками закрепить учебный материал, а не запутать их.

Пришла ко мне как-то наш замечательный корректор Людмила Михайловна Агафонова. Ей пришлось ненадолго заменить заболевшую коллегу и прочитать один из новых учебников по литературе. Она была настоящим профессионалом в своём деле, в советские времена возглавляла отдел корректуры «Детской литературы».

- Елена Владимировна, помогите мне. Я в этом предложении ничего понять не могу. Видимо, зачиталась, глаз совсем замылился. «Свободомыслие в период правления Романовых коррелировало с идеей освобождения от материалистической лжи…»

- Тоже не понимаю. Свободомыслие, освобождение – тавтология. Материалистическая ложь – это, надо думать, вопль угнетённого большевиками честного сознания идеалистов. Коррелировало – просто для учёности. А Романовы нынче в моде.

- Вот вы смеётесь, а мне что делать? Я же не могу просто на автомате орфографию править. Издевательство какое-то! Сказала Владимиру Семёновичу, он тоже посмеялся и рукой махнул.

- Отдайте редактору, пусть с автором обсудит это нечто.

- Так автор и редактор – одно лицо! А Гиршович не может с ним отношения испортить…

- Да, однако. Тогда верните этому суперредактору вместе со своими вопросами, пусть потрудится выразиться отчётливее.

- И ещё, знаете, у меня с Сашей вечные споры – он не хочет вносить всю корректуру. Ссылается на то, что не согласен…

Саша, наш верстальщик, считал себя докой в русском языке. Мне пришлось несколько месяцев убеждать его в том, что никто из редакционных сотрудников не имеет права игнорировать требования корректора.

- У меня «пятёрка» по русскому в школе была!

- И у неё тоже, не сомневайтесь. Только плюс к этой «пятёрке» у Людмилы Михайловны ещё специализированный вуз и несколько десятилетий работы в соответствующей области. Корректоры знают грамматику лучше всех на свете.

- Но вот я заметил, что все пишут так, а она правит…

- Да, она правит. Но она ведь вам не даёт советы по поводу вёрстки? А мне по поводу проведения летучек? Давайте сосредоточимся каждый на своей работе.

Парень был довольно упрямый, но всё-таки постепенно перестроился. Кажется, это был последний мелкий конфликт между коллегами, который мне пришлось ликвидировать в «Педагогическом калейдоскопе».

P. S. Уважаемые читатели! Для понимания позиции автора лучше знакомиться со всеми главами книги, причём в порядке их нумерации.

Часть первая. Глава 12. «Педагогический калейдоскоп». Без лишних примесей


    30.03.2014 | 00:12
    Елена Сироткина Пользователь

    И вам, Эльвира, спасибо за внимательное отношение к книге. :)


     

    30.03.2014 | 00:11
    Елена Сироткина Пользователь

    :)) Да, жизнь меняется в замедленном темпе. Особенно по части настоящих учебников.


     

    avatar 29.03.2014 | 23:41
    Эльвира Федюшина Пользователь

    Елена, спасибо Вам!читаю с интересом.


     

    avatar 29.03.2014 | 23:35
    Валерий Ганузин Пользователь

    Замечательная глава! Все как сейчас, все как в жизни.


     

Дата регистрации: 13.03.2014
Комментарии:
4
Просмотров 11
Коллеги 0
Подписаны 0
Сказали спасибо 0
Сказать спасибо
footer logo © Образ–Центр, 2020. 12+