Личный кабинет
Елена Сироткина "Педагогическая тетрадь"

Часть первая. Глава 12. «Педагогический калейдоскоп». Без лишних примесей






Часть первая. Учёные мужи, журналисточки и Пушкин

Глава 12. «Педагогический калейдоскоп». Без лишних примесей

[attachment=58246:Редактор.jpg]

Пристраивать свой материал в другие «громкие» газеты я больше не считала нужным: зачем тратить время на бессмысленные движения? Тема никого всерьёз там не волнует, человек я безымянный, но не посредственный, при этом ещё и «ничей» – вся энергия будет уходить на противостояние бесконечным людским комплексам. Вспомнила, что есть у нас в образовательном сообществе ещё одно издание – «Педагогический калейдоскоп». «Учительскую газету» я тоже вычеркнула из списка возможных для себя журналистских площадок, так как она не могла избежать зависимости от того, что пропагандировали чиновники. А пропагандировали они в это время очень старательно введение стандартов образования. Статья же моя рассказывала, помимо прочего, и о том, почему они вредны.

Позвонила главному редактору «Педагогического калейдоскопа» Владимиру Семёновичу Гиршовичу, попросила посмотреть материал.

- А вы приезжайте к нам, на месте и статью обсудим. Я вас знаю по публикациям в «Первом сентября».

- Это приятно. Пишешь, пишешь, а что читатели думают, так и не узнаёшь. Приеду, конечно.

Выяснилось, что редакция находится в 15 минутах езды автобусом от моего дома. Вот ведь везение какое для столичного жителя! Но судьба в этот раз такими мелочами в желании меня порадовать не ограничилась.

- Замечательно. Конечно, это нужно у нас напечатать, – Гиршович отложил статью и посмотрел на меня как-то озорно. – А знаете что? У меня нет первого зама, на образовательную половину газеты. Не хотите попробовать? Вы технологию выпуска представляете себе?

- Да, представляю. Но вы ведь меня не знаете совсем…

- Я же говорю: я вас читал несколько лет в «Первом сентября». Пишите вы убедительно. И понимаете при этом все нынешние тенденции в образовании. У нас на всю газету два редактора: один занимается собственно педагогической темой – 9 полос А3 еженедельно, другой ведёт так называемый прицеп, всякие там культурные события, полезные домашние советы, интервью со знаменитостями – ещё 7 полос. На прицепе у меня очень толковый человек, но она не знает досконально ситуацию в образовании. А на первой половине пока сидит один литературный парень. Ему такая работа в тягость, он не смекнёт никак, что с чем как связано.

- А вы?

- А я, скорее, числюсь главным редактором, чем им являюсь. Некогда мне газетой ведать, мне фирму тащить нужно.

«Педагогический калейдоскоп» был создан в 1994 году. Выходил он под крышей организованного Гиршовичем предприятия – негосударственного учреждения «Центр дополнительного образования «Новая школа». Помимо газеты, были ещё в этом холдинге ежемесячный журнал «Мир образования», издательство учебников, курсы повышения квалификации для педагогов, несколько книжных магазинов. Чтобы раскрутиться, новоявленный бизнесмен продал где-то в области дом и набрал кредитов. Собственно, так поступали тогда многие, верящие в открывающиеся рынком возможности предпринимательства. А до шальных 1990-х Гиршович работал директором школы.

Так нежданно-негаданно я получила не только авторскую трибуну, но и возможность поучаствовать в жизни газеты. Наш разговор с Владимиром Семёновичем состоялся аккурат перед праздником (тогда ещё 7 ноября отмечалось в России как День согласия и примирения, 4 ноября было объявлено Днём народного единства с 2005 года), сложилось несколько выходных, и я использовала их для более подробного знакомства с «Педагогическим калейдоскопом».

Дизайн меня не очень вдохновил, но Гиршович оговорил, что макет в целом трогать не будем, пока, по крайней мере. Первая часть газеты, действительно, как он меня и предупредил, была скомпонована довольно небрежно, изобиловала «кирпичами» – материалами во всю печатную полосу, объём которых обычно вызывает у читателей заведомую скуку. Хотя публикации были небезынтересными, в самой подборке не было обобщающей мысли. Вторая часть больше походила на заявленный в названии издания «калейдоскоп», но только не педагогический, а общекультурный. «Что ж, – сказала я себе, – будем посмотреть. 9 полос редактирования в неделю (1 полоса – 12-14 тысяч печатных знаков, в зависимости от иллюстративного материала), плюс общее администрирование, плюс своя писанина, плюс всякая событийная сопроводиловка и внештатный авторский самотёк – нагрузочка не хилая. Но овчинка выделки стОит! Да и по сравнению с тем, что делает еженедельно добросовестный учитель, этот рабочий объём – фу-фу».

Команда редакционная была небольшая: два редактора, три штатных автора, ответственный секретарь, она же бильд-редактор, она же макетчица, фотограф, корректор, верстальщик, наборщица (тогда ещё не у всех журналистов были домашние компьютеры, рукописи поступали в машинописном виде), менеджер по связям с типографией. Оказалось, что это оптимальный комплект сотрудников для подобного издания. Что главное в управлении любой групповой деятельностью? Отсечение лишних операций и связей у каждого из её участников. То есть выполнение только тех функций, без которых весь организм работать не может. Не буду вдаваться в эти тонкости, скажу лишь, что мне очень помог опыт руководителя в школьной моей жизни: и учителя, и завуча, и директора. Но о нём, как договорились в предисловии, – во второй части книги.

Конечно, люди в любом объединении не могут чувствовать себя комфортно, если между ними не складываются доброжелательные отношения. Но коль речь идёт о рабочем коллективе, очень большую роль в этом играет умение каждого хорошо делать своё дело. В нашей маленькой команде все были на виду друг у друга, спрятаться от оценивающих глаз коллег было негде. Первый же номер газеты, который мы собрали уже с моим участием, всем пришёлся по душе. Человек, который ранее занимал мою должность, его тоже одобрил и попросил меня оставить его в газете. Я очень удивилась: не могло быть речи о том, чтобы кто-то ушёл только потому, что возникли частные изменения в общей работе.

Когда через месяц я предложила перейти на режим четырёхдневного присутствия в офисе вместо пятидневного, Лидия Михейкина (второй редактор) забеспокоилась:

- Это, конечно, хорошо бы – после сдачи номера в типографию отдохнуть всем, но что скажет Владимир Семёнович? Вдруг он подумает, что мы мало загружены, раз такое себе позволяем?

- Не скажет. Он сам организатор толковый и людей уважает: не отдохнём – не сработаем.

Действительно, Гиршович не стал размахивать руками по такому поводу. Зато засомневался наш верстальщик, Александр Четвериков:

- То есть в день я в среднем должен верстать 4 полосы? Я смогу, конечно. Но материалы будут уже готовы? Обычно с новостными ничего не понятно…

- А мы так построим график, что всё у нас получится. Разве мы не знаем, с какими полосами больше возимся?

Получилось. Кроме того, я уговорила Гиршовича предоставить мне и Лиде по одному свободному от посещения редакции дню: сидя в одной комнате и слушая самые разные разговоры коллег, сосредоточиться на чтении «трудных» материалов не сможет никто. Не удивляйтесь, что я пишу про эти организационные детали: никогда издание, в подготовке которого задействована группа сотрудников, не сможет достичь содержательного журналистского результата, если тот, кто отвечает за администрирование, предварительно не сформирует точную сетку занятости для каждого из участников. Это примерно как расписание уроков в школе: нет его, и все рабочие процессы распадаются, самые многознающие и интересные учителя не понимают, где и когда они должны находиться.

Отучила я своих коллег и от задержек в офисе после рабочего дня. Первое время Лида и Нина Сибирёва (ответственный секретарь) очень удивлялись тому, что сама я могу употребить на это не более 10 минут.

- А что тут делать вечерами? Вечерами нужно переходить к личной жизни, – смеялась я. – У вас что, мужей и детей нет? Не соскучились?

- Да и правда, Лен. Что мы тут всё ковыряемся? Потом по ночам эти макеты снятся, будь они неладны!

Когда статья, из-за которой я так долго переживала, появилась в «Педагогическом калейдоскопе», мои друзья из «Первого сентября» доложили, что Артём сожалеет о её странных приключениях. Представьте себе, и второй вариант, написанный для «Общей газеты», чуть позднее взяла редакция газеты «Культура». В общем, Михаил Булгаков где-то был прав: не уничтожаются важные рукописи.

P. S. Уважаемые читатели! Для понимания позиции автора лучше знакомиться со всеми главами книги, причём в порядке их нумерации.

Часть первая. Глава 11. «Общая газета». Они замучились править


    28.03.2014 | 11:14
    Елена Сироткина Пользователь

    Скорее, здесь ряд оттенков. :) Если я вспоминаю каких-то людей, то ведь только в отношении того, чему сама была свидетелем. Возможно, в других случаях они проявляли себя иначе. Зачем же на весь мир кричать об их подлинных именах? Людям надо давать шанс...


     

    avatar 28.03.2014 | 04:38
    Олег Чернухин Пользователь

    У Вас получился интересный эффект - Вы разделили мир своей книги на черное и белое.Те, кто совершают плохие поступки, обозначены только инициалами. Те, кто не совершают - имеют имена, а если надо, то отчества и фамилии.Возможно, это не совсем так. Но прочитав несколько глав и привыкнув к особенностям Вашего описания, мой мозг уже самостоятельно и без помощи сознания производит такое разделение еще до того, как герои книги совершат или не совершат какие-то поступки :)


     

Дата регистрации: 13.03.2014
Комментарии:
2
Просмотров 38
Коллеги 0
Подписаны 0
Сказали спасибо 0
Сказать спасибо
footer logo © Образ–Центр, 2020. 12+