Личный кабинет
Дневники

Например, "советы" подросткам.

- Разговор о покупке той или иной новой игрушки следует начинать не напрямую, в лоб, с крика: "Купи-купи-купи!!!". Лучше всего начать с какой-нибудь отвлеченной темы. Типа: "Папа, а твое детство тоже было тяжелым и безрадостным?"

- Тщательно взвешивайте и обдумывайте слова, которые вы произносите вслух. Так, фраза: "Папа, ты хороший!" - тянет максимум на китайский игрушечный пистолет рублей за сто двадцать. А вот фраза: "Папа, я хочу быть таким же умным, как и ты!" - это уже серьезная заявка на велосипед.

Ваше отношение к воспитательному юмору (не к зубоскальству), коллеги?
Жан Жак Руссо предлагал заменить наказания за баловство "естественными последствиями" этих безобразий. Он писал в "Эмиле, или О воспитании":
"Неугомонный ребенок ваш портит всё, до чего ни дотронется. Вы не должны сердиться, удалите только с глаз долой особенно ценное из того, что он может испортить. Он ломает свою мебель - не торопитесь заменить ее новой: дайте ему почувствовать вред лишения. Он бьет окна в своей комнате, пусть на него день и ночь дует ветер - не бойтесь, что он получит насморк: лучше ему побыть с насморком, чем остаться сумасбродом. Никогда не жалуйтесь на неудобства, которые он вам причиняет, но постарайтесь, чтобы он первый почувствовал их".

Как вы относитесь к такой полезной суровости?
09.08.2009, 18:20
Борис Бим-Бад

Воск или бычья кожа?

Эллен Кей: "Даже малейшее недоверие или неделикатность, какая-нибудь мелкая обида или мимолетная насмешка — все это может оставить в душе ребенка неизгладимые и жгучие следы, больно задеть тончайшие струны его души. С другой стороны, неожиданная ласка, благородная предупредительность или справедливый упрек не менее глубоко запечатлеваются в этой душе, которую принято называть "мягкой, как воск", но с которой обращаются, как если бы она была из бычьей кожи".
07.08.2009, 20:02
Борис Бим-Бад

Восточный судья и школа

Надменность в суждениях, категоричность, скоропалительность критики у некоторых молодых людей напоминает ситуацию, описанную Эдуардом Гартманом в статье «Пессимизм и педагогика»:
«Восточный судья в своем нравственном негодовании сперва отсылает обвиняемого на казнь и только потом, если по милости случая найдется влиятельный ходатай, то велит произвести и расследование» (перевод с немецкого Владимира Сергеевича Соловьева).
Есть ли средства профилактики этой поспешности в выводах, к коей склонны подчас подростки?
07.08.2009, 12:52
Борис Бим-Бад

О силе духа

Почему в наше время благородство стало снова востребованным, ценимым и настолько широко практикуемым, что подчас превращается чуть ли не в массовую "профессию"? Например, в "армиях спасения", где умный риск и истинное благородство неотделимы. Работа спасения естественным образом фильтрует людей по их душевным качествам. В результате в спасателях задерживаются только сильные люди, способные защитить слабого, попавшего в беду.
Пример понимания благородства – кинематографические образы Жана Габена, людей из народа, сильных, цельных, молчаливых в силу своего благородства и верности идеалам.
Благородство не нуждается в благодарности, в частности, в наградах. Но люди не хотят сдерживать своей признательности. Премией «За Благородство» в недавнее время были награждены студентка, ухаживающая за «отказными» детьми в Доме ребенка, хирург-кардиолог, проводящий уникальные операции, слепой человек, спасший детей, оказавшихся на льдине, юная девушка и ее будущая свекровь, благодаря которым брошенный на свалке младенец обрел любящую семью, директор пансионата для детей-инвалидов… Люди, изо дня в день делающие какое-то негромкое дело, суть которого можно выразить одним словом – благородное.
Благородный человек погибнет в окружении конкуренции и злобы? — Нет! Именно он и победит. Поскольку благородство зиждется на силе духа.
Самое надежное в смиренном нашем мире — это благородство духа. Не по рождению, не по крови, а по уму и чести.
Как взращивать в детях уважение к доблести, к силе духа?
Почему так сближают взрослых и детей походы? Потому что поход дает массу поводов и для преодоления трудностей, и для совместных переживаний, и для радости, и для приятной усталости, и для гордости собой. Главное – это сопереживания.
Каждый этнос, любой народ к своей сегодняшней действительности пришел из глубокой древности и принес из нее некоторые, пусть и многократно преобразованные, сущностные черты и особенности, которые он выработал на заре своего исторического пути.
При всем разнообразии культурно-исторических объединений людей есть и общие для всех и каждого из них явления в общественной, экономической, культурной жизни. Воспитательные и образовательные практики не составляют исключения в указанном отношении. В фундаменте их структуры и содержания лежат существенно однотипные признаки, несущие на себе отпечаток их происхождения, генезиса составляющих их явлений и процессов.
Я имею в виду инициации. Финальным актом инициаций является церемония экзамена и, главным образом, испытание страданиями - особое членовредительство, различное у разных племен (вырывают зуб, девочкам вырезают клитор, мальчикам надрезают пенис, наносят шрамы и т. д.).
После прохождения этих обрядов посвящаемый навсегда идентичен взрослым членам клана.
В наше время налицо дихотомия инициационных смыслов. В культурно продвинутых слоях современных этносов сохранилась в снятой форме духовная составляющая древнейших инициаций. В культурно отсталых, атавистических слоях — по сей день живет и практикуется физическая компонента инициаций — насилие, жестокость, грубость, унижения.
Традиция вполне четко фиксирует функцию физического насилия как средства добиться понимания там, где оно затруднено. Фраза "Не понял!" в мужском дискурсе имеет угрожающую интонацию и смысл прелюдии к силовым методам диалога.
В пословицах насилие интерпретируется как средство познания, объяснения, научения - что служит одной из характерных его мотивировок: "Палка нема, а даст ума"; "За дело побить - ума-разуму учить"; "Это не бьют, а ума дают"; "Бьют не ради мученья, а ради ученья (или: спасенья)"; "Тукманку дать - ума придать" и т. д.
Очень похожее объяснение насилия зафиксировано и в тюремной культуре. Л. Самойлов описывает практику профилактических избиений в колонии, где он отбывал наказание в конце 1980-х гг. Ежемесячно (а то и чаще) бойцы из окружения наиболее авторитетных воров поднимали ночью остальных обитателей барака (в колонии) и прогоняли их в двери, где двое бойцов били их ножками от табуретки (или просто кулаками); объяснение – "для порядка, чтобы знали, кто мы, а кто они".
Причинение боли в разных субкультурах практикуется в однотипных ситуациях: приема в сообщество (обряды посвящения, испытания), нарушения норм (наказание, испытание, разборка, пытка) и исключения из сообщества.
Во всех этих случаях силовое воздействие определяется в терминах познания. Наказание этимологически увязывается со словом «наказ» (наставление). Телесное воздействие используется для передачи и "объяснения" групповых норм: в обрядах посвящения - неофиту, в ситуации наказания - нарушителю. Та же мотивировка насилия как средства объяснения групповых ценностей и норм фигурирует и в дискурсе молодежного протеста. Стычка на первомайской демонстрации между молодым радикалом и профсоюзным деятелем в анархо-прессе описывалась так: профсоюзный деятель "не понял, и ему пришлось объяснить. Процесс "объяснения" выглядел как избиение непонятливого деятеля ногами на мостовой". Это же познавательно-объяснительное значение насилия отложилось и в лексике: знание можно вдолбить, вбить в голову и, соответственно, понять на собственной шкуре ("на собственном опыте»).
Как правило, подобные фразеологизмы относятся к познанию групповой нормы, а потому связаны с ситуациями посвящения (приобщения к норме) или наказания (возвращения к норме). Дать в лоб, чтобы дать ума. Ложкой по лбу отцы били детей за нарушение застольного этикета. Матери в воспитательных целях таскали детей за волосы или несильно били по лбу; правда, традиция пыталась ограничить последний способ "поучения" поверьем, что каждый раз, когда мать ударит ребенка по голове, он становится "на мачинку" (маковое зернышко) ниже – поэтому упрямые будто бы малорослы. В результате битья у избиваемого случается «просветление": из глаз сыплются искры, звезды, а под глазами разгораются фонари. После удара в голову ее обладатель "умнеет" (социализируется), прекращая буйство и расширяя свое социальное окружение.
Телесный низ акцентируется и в наказаниях детей шлепками по ягодицам или розгами, традиционно считавшееся оптимальным средством наставления молодого поколения. Тот же смысл имели в России и телесные наказания кнутом представителей низших сословий и воинских чинов: крестьян, солдат, цель которых - "Подать ума в задние ворота". "Дать бы тебе ума с заднего двора", - гласила пословица. - "Кнут не мука, а вперед наука"; "Кнут не мучит, а добру учит". (См.: Щепанская Т. Б. Зоны насилия (по материалам русской сельской и современных субкультурных традиций) // Антропология насилия. Отв.ред В. В. Бочаров и В. А. Тишков. СПб., 2001.)
29.07.2009, 21:46
Борис Бим-Бад

Быть, а не казаться

У Николая Ивановича Пирогова находим четкие критерии воспитанности. Они суть: идеалы, убежденность в необходимости работать над собой, сама эта работа, умение давать, не ожидая платы, перманентно углубляющееся самопознание, рост и совершенствование, вдохновенный труд, умение противостоять злу, мужество пережить заблуждение и разочарование, искусство находить твердые опоры в любви и дружбе, неистощимое терпение в строительстве семьи, честное стремление быть, а не казаться. Быть, а не казаться.
Мы знаем, что дети очень наблюдательны. Дети способны подмечать самый ничтожный след примесей недостойных мотивов в поступках окружающих людей.
Несколько меньше они склонны отмечать это в своих собственных поступках, но если обращать их внимание на эту сторону и делать это тактично, дурной поступок мгновенно утрачивает для них всякую ценность.
Это замечательное и почти всеобщее свойство детей – та основа, на которой и может строиться нравственное воспитание.
29.07.2009, 15:32
Борис Бим-Бад

В чем Платон прав навсегда?

Чему учиться детям конкретно, чтобы выучиться достойно жить и достойно умирать? Соединять спокойствие и веселье с серьезностью и честностью.
Но всего важнее - выработать отвращение к злобе. С этой точки зрения по-прежнему, так сказать, вечно прав Платон, уверявший, что воспитание и есть вызывание в душе ребенка отвращения к пороку, к злу и любви к добру и добродетели.
footer logo © Образ–Центр, 2019. 12+