Личный кабинет
Дневники

04.03.2011, 00:14
Борис Бим-Бад

Две основы - не больше и не меньше

  • Воспитание должно опираться на две основы — нравственность и благоразумие: первая поддерживает добродетель, вторая защищает от чужих пороков. Если опорой окажется только нравственность, вы воспитаете одних простофиль или мучеников; если только благоразумие — одних расчетливых эгоистов.
ШАМФОР
27.02.2011, 16:14
Борис Бим-Бад

"Я смотрю не на ум, а на сердце"

Чтение на 27 февраля

Аттар: "Однажды архангел Гавриил услыхал из рая голос Бога — Бог благословил какого-то человека. Ангел сказал: «Верно, что важный слуга Всевышнего, верно, какой-нибудь святой пустынник, мудрец». Ангел спустился на землю, чтобы найти этого человека, но не мог найти его ни на небе, ни на земле. Тогда он обратился к Богу и сказал: «О, Господи! Покажи мне путь к этому предмету твоей любви». Бог отвечал: «Поди в де­ревню, и там в одном маленьком храме ты увидишь огонь». Ангел спустился к храму и там увидел, что человек молится перед идолом. Ангел вернулся к Богу и сказал: «О, Господи, неужели ты с любовью смотришь на идолопоклонника». Бог сказал: «Я не смотрю на то, что он неверно понимает Меня. Понять Меня, какой Я точно есмь, никто из людей не может. И самый великий мудрец из людей так же далек от истинного понимания того, что такое Я, как и этот человек. Я смотрю не на ум, а на сердце. Сердце же этого человека ищет Меня и поэтому близко ко Мне»."
------------------------------------------
Из "Круга чтения" Л. Н. Толстого

Аттар -
величайший персидский поэт, мистик-суфий, 1119-1229. Автор "Языка птиц", "Книги совета", Издание и пер. Сильвестра де Саси (П., 1817). "Жизнеописание святых".
25.02.2011, 17:33
Борис Бим-Бад

Мать-тигрица, или Китайский метод

Мать-тигрица, или Китайский метод воспитания в Америке


24.02.2011

Марина Ефимова

Ирина Лагунина: Книга Эми Чуа "Боевой гимн матери-тигрицы" вызвала большой шум среди американских читателей. Автор описывает методы, которые она применяла, воспитывая своих двух дочерей, и список введённых запрещений, который не уступал длиной запрещениям в маоистском Китае. О дискуссии, которую породила книга, рассказывает Марина Ефимова.

Марина Ефимова: Однажды мы с коллегой проходили мимо самой престижной нью-йоркской школы "Stuyvesant School", куда детей принимают по конкурсу - лучших из лучших. Как раз в этот момент старшеклассники, класс за классом, спускались по широкой наружной лестнице, отправляясь на какое-то массовое мероприятие. Мы подошли ближе и с изумлением увидели, что в огромной толпе детей нет ни одного европейского лица – только азиатские. Мы ждали и ждали, и только после того, как прошла чуть не вся школа, появилась небольшая кучка остальных национальных и расовых меньшинств. В книге "Боевой гимн матери-тигрицы" автор – американская китаянка Эми Чуа – делает попытку объяснить этот феномен:

"Если вы хотите узнать, каким образом китайские родители растят в Америке таких успешных детей (сплошных отличников, победителей математических олимпиад и призеров музыкальных конкурсов), я могу вам об этом рассказать – потому что сама вырастила таких детей. Вот несколько моих секретов: двум моим дочерям – Софии и Луизе – с самых младших классов школы категорически запрещались следующие вещи: ночевать в домах друзей; приглашать друзей к себе "поиграть"; участвовать в школьных спектаклях (и ныть по этому поводу); смотреть телевизор и играть в компьютерные игры; самим выбирать факультативные дисциплины; получать оценки ниже пятерки по всем предметам, кроме физкультуры; не учиться музыке; учиться музыке на каких-либо других инструментах, кроме рояля и скрипки".

Марина Ефимова: В Соединенных Штатах методы воспитания детей (как и многие другие сферы жизни) определяются экспертами. За последние годы о воспитании написаны сотни высоко профессиональных книг, но ни одна не вызвала заметной реакции в публике. И вот выходит тонкая книжка беглых записок китайской матери и вызывает бурю откликов. Рассказывает корреспондентка "Лос-Анджелес Таймс" Эрин Браун:

Эрин Браун: За две недели после появления статьи о книге Чуа мы получили на нее 30 000 откликов (смех). Эта книга явно задела больное место. Люди пишут, что главная проблема воспитания – в неуверенности американских родителей, в отсутствии ясного принципа. А Эми Чуа, которая сама дала себе прозвище "мать-тигрица", поражает как раз своей уверенностью в том, что она называет "китайским методом воспитания". В откликах на ее книгу все обсуждают главу "Белый ослик" (по названию музыкальной пьесы, которая никак не давалась ее младшей дочери Луизе). 9-летнюю Луизу мать заставила играть этого "Белого ослика" до ночи, без разрешения попить воды и сходить в уборную. Муж вызывал Эми в другую комнату и пытался убедить ее освободить девочку от непосильной задачи, но "мать-тигрица" добилась своего. Луиза вдруг сыграла трудное место и сама с восторгом закричала: "Мама, смотри, как легко!". И вот главный довод Эми Чуа: "Западные родители, - пишет она, - всё пекутся о том, чтобы ребенок не потерял self esteem – уверенность в себе. Но нет более верного способа поколебать его уверенность в себе, чем разрешить ему сдаться". Саму Эми Чуа так же растили ее китайские родители, "И посмотрите, - пишет она, - как этот метод сработал на мне!"

Марина Ефимова: Абсолютно сработал, если... мерить результаты научными степенями. Эми Чуа – профессор юриспруденции в Йейле (правда, как и ее муж-американец Джед, который рос в веселой и весьма либеральной еврейской семье). Его мать говорила Эми: "Детство должно быть временем приволья и счастья", и Эми Чуа отвечала: "В концепции китайского метода воспитания идея "счастья" не присутствует. Детство – время инвестирования в будущее". Мы еще вернемся к экстремизму "матери-тигрицы", но сперва о том, как она бьёт по больному месту Америки:

"Либеральные американские родители слабовольны, снисходительны, недооценивают пользу дисциплины и зубрёжки, попустительствуют пустой трате времени, позволяют детям самим выбирать развлечения (и те целые дни проводят на face book), хвалят их за любой пустяк. Провалы в учебе вызывают не прилив усердия, а снижение требований, стыд считается недопустимым орудием воспитания".

Марина Ефимова: В этом много правды. Когда моя младшая дочь Наташа училась здесь в школе, я, помню, спросила учительницу литературы, какие стихи дети будут заучивать наизусть. И та с нескрываемым высокомерием ответила: "В этой стране дети стихи не вызубривают". И точно: только ученики частных дорогих школ помнят наизусть сонеты Шекспира, стихи Фроста и Одена. Но зубрежка – лишь одна сторона дела. Вот что рассказывает детский психолог, профессор Дэвид Палмитер:

Дэвид Палмитер: В утверждениях мисс Чуа много правильного. Например, мы слишком полагаемся на воспитательное воздействие похвалы, часто совершенно незаслуженной. Бурные споры среди читателей книги Чуа вызвала сцена, в которой она отвергает поздравительные открытки, которые дочери сами сделали ей ко дню рождения (по американскому обычаю). На них были нарисованы цветы и написана одна поздравительная фраза. И мать возмутилась: "Я тратила по неделе на то, чтобы устроить вам дни рождения, которые доставили бы вам настоящую радость. А сколько времени вы потратили на эти открытки? 5 минут? Сделайте что-нибудь поизобретательней". И они сделали. Свекровь на это сказала: "Эми, насильно мил не будешь. Они же сейчас злятся на тебя". И Чуа ответила: "Но, может быть, это послужит им уроком". А надо сказать, что пугающее большинство американских детей не умеют мужественно принимать поражения и извлекать из них урок. Мы так озабочены воспитанием в детях чувства довольства собой, что перегнули палку.

Марина Ефимова: Эми Чуа, китайская мать-тигрица, перегибала палку в другую сторону - до поры до времени очень успешно. Американский девиз: "люди делают хорошо то, что они любят делать". Чуа выставила против него девиз китайский: "ты не можешь полюбить никакое занятие до тех пор, пока не научишься делать его хорошо". Пример этого девиза в действии – обучение девочек музыке.

"При моем постоянном присутствии София играла на рояле минимум полтора часа каждый день, включая выходные. В день урока – три часа. Благодаря такому расписанию София осваивала пьесы вдвое быстрее своих сверстников. В 6 лет она начала с песенки из "Пиноккио", через три месяца уже играла Шумана (из программы следующего года), а через шесть месяцев - сонатину Клементи (из программы третьего года). Честно сказать, эти занятия не часто доставляли Софии удовольствие. Как-то за обедом она процитировала меня: 1. "О боже, ты играешь все хуже и хуже". 2. "Считаю до трех, и после этого я хочу услышать музыку, а не бренчанье". 3. "Если следующая попытка не будет совершенством, я сожгу все твои игрушки". Теперь, в ретроспективе, я должна признать, что это были крайности. Но они оказались очень эффективными – в 9 лет София получила свой первый приз за исполнение миниатюры Грига "Бабочка", хотя это стоило многих часов муштры, криков, слез, топанья ногами, словом, войны".

Марина Ефимова: Эми Чуа родилась в год Тигра, поэтому она назвала себя матерью-тигрицей. Она приводит в книге несколько характеристик из гороскопа. Например: "Тигр, символ силы и власти, обычно вызывает в окружающих уважение и страх".
В списке того, что мать-тигрица разрешала своим детям, был такой пункт: "Из всех внешкольных занятий разрешаются только соревновательные – на приз, на медаль. И медаль должна быть только золотой". В соответствие с этим, классическая музыка (которую сама Эми Чуа считает символом высокой культуры) была превращена для ее дочерей в искусство соревновательное. И мать взяла его под свой контроль. Она выбрала китайский способ обучения – "метод сузуки", нашла лучших учителей, возила девочек на пробы чуть ли ни в Канаду – в самые престижные школы, купила под стоны мужа многотысячную скрипку (страдиварий-не-страдиварий) и заставила Луизу сдавать экзамены в Джулиард. Девочку туда не приняли, но реакция матери была одна – умножить усилия:

"Само мое присутствие стало раздражающим для нее. Я понимала это, но не могла сдаться. Учительница музыки сказала, что для того, чтобы хорошо сыграть ту вещь, которую Луиза представляла на конкурс, надо физически быть расслабленным. И я орала: "Расслабься"!.. Наверное, мои девочки иногда ненавидят меня. Пусть. Пусть ненавидят, но победят!".

Марина Ефимова: Когда старшей, Софии, было 16 лет, она выиграла по конкурсу сольное выступление в одном из залов Карнеги Холла, после чего мать устроила в ее честь банкет и гром фанфар. Правда, незадолго до этого родители обнаружили на крышке домашнего рояля следы зубов – цена совершенства.
Надо сказать, что книга "Боевой гимн матери-тигрицы" написана с удивительной откровенностью. В одной из последних глав мы узнаём, что несмотря на эффективность так называемого "китайского метода" воспитания (чтоб не сказать "дрессировки"), в семье Эми Чуа началась революция. Ее устроила 13-летняя младшая дочь Луиза:

"Луиза прекрасно знала, что китайские методы воспитания не выносятся на публику. При американцах китайские родители мимикрируют, добродушно произносят стандартные формулы поощрения. Узнай американские родители о наших методах, нам бы объявили бойкот. А кому хочется быть парией?.. Зная это, Луиза устраивала провокации при гостях: "Нет, - говорила она, - я не могу придти, я практикуюсь все время. Меня мама заставляет, у меня нет выбора". Иногда она устраивала громкие скандалы на улице: "Оставь меня в покое! Убирайся! Я тебя ненавижу!"... Дошло до того, что на стоянке у магазина к нам подошел полицейский - узнать, в чем дело".

Марина Ефимова: И мать-тигрица сдалась. В первый раз. "Ты победила, Луиза, - сказала она дочери. – Можешь не играть на скрипке. Делай, что хочешь". "Китайская мать, - пишет Чуа, - не пригодна для поражений". И признается (не без юмора), что проиграв войну Луизе, взялась за собаку-самоеда, пытаясь и его довести до призового статуса. Тут еще играет роль иммигрантский комплекс: "мы - чужаки, мы говорим с акцентом, у нас здесь нет предков, нет наследства, нет тыла, но мы пробьемся!". Чуа говорит дочерям: "Никогда не смейтесь над иностранным акцентом. Этот акцент – признак мужества". (и дальше): "Когда я училась в школе, над моим акцентом смеялись одноклассники. И где они теперь? Работают мусорщиками". В этих словах - характерное иммигрантское преображение: от мужества первопроходца к снобизму неофита. Мать-иммигрантка загоняет своих детей в американскую элиту.

Эрин Браун: Мы, в сущности, совсем не знаем дочерей Эми Чуа. Возможно, они ей подстать – тигрята, которых воспитание матери-тигрицы толь-ко закаляет. Но мой коллега по газете – тоже китаец по национальности – предположил, что ее девочки вырастут неврастеничками.

Марина Ефимова: Когда я готовила программу о проблеме агрессивного вождения автомобилей, полицейский инспектор сказал мне, что самые агрессивные водители в Америке – молодые азиатские женщины, которые представляют на дорогах даже большую опасность, чем пьяные водители.

Эрин Браун: Требование Эми Чуа к ее детям – быть во всем первыми. По ее мнению, каждый может быть первым, если будет много работать и расширять пределы своих возможностей. И в этом есть доля истины, но такая борьба начинает съедать твою жизнь. Чуа поняла это и пошла на компромисс, дав младшей дочери свободу выбора. И та сказала: "Хочу играть в теннис!"

Марина Ефимова: Боюсь, моя гостья не дочитала книгу Эми Чуа до конца. Разрешив Луизе заниматься теннисом, мать-тигрица попыталась и это занятие взять под контроль: нашла лучших тренеров, лучшие корты, изучила технику игры... Луиза снова устроила бунт: "Если ты не перестанешь вмешиваться, - кричала она, - я брошу и теннис!". И мать снова отступила, но вот что она пишет в конце:

"Я не сдалась... просто перешла к тактике партизанской войны и шпионажа. Я, например, тайно внедрила несколько идей в голову ее тренера. А с Луизой так: когда она меньше всего ожидает – например, за завтраком или зайдя сказать ей "спокойной ночи", я, вдруг, выкрикиваю: "При подаче не двигай правой ногой!" или "Больше закручивай мяч при игре с лёта!" Луиза затыкает уши, мы ссоримся, но я знаю, что она знает, что я права".

Марина Ефимова: Такое откровение рождает и в моей душе бунтарские порывы. И вот что еще поразило меня в книге Эми Чуа: она ни разу не упомянула ни одного морального требования к детям: быть честным, благородным, милосердным, поступать с людьми так, как ты бы хотел, чтобы они поступали с тобой… Возможно, это выносится за скобки. Однако кое-что заметил и колумнист газеты НЙТаймс Дэвид Брукс:

"Мисс Чуа – поклонник культуры и интеллекта. Между тем, она ограждает дочерей от самой интеллектуальной активности детства – от общения с другими детьми. Эти запрещения ночевок, игр, драмкуржков и вечеринок могут привести к неумению дружить, к неумению работать в группе и неспособности к общежитию с кем-либо помимо своей семьи, своего клана. Это пахнет одиночеством".
Недавно в одном фильме по старому английскому роману я видела такую сцену: фермер решает воспитывать маленького сына в строгости, но жена останавливает его. "Ты замечаешь, - говорит она, - что сын начинает тебя бояться? Будь сам таким, каким ты хочешь вырастить его. И он воспитается, глядя на тебя".

Дэвид Палмитер: Мы, родители, делаем ужасную ошибку, если считаем, что мы – скульпторы, создающие характеры и личности своих детей. На самом деле мы не скульпторы, а пастыри. Дети множество вещей унаследуют: темперамент, здоровье, талант... И всё, что нам дано – это помочь им выбрать путь, на котором они могут быть счастливы и на котором могут достичь наибольшей реализации своих способностей.

Марина Ефимова: Эми Чуа, с ее родительскими амбициями, похожа на самоуверенного варвара, который попал в свободную, правовую и цветущую страну, быстро разобрался в её расценках и в её возможностях и ринулся добиваться вершин, топча и попирая те самые принципы и установления, на которых только и могли вырасти эти завидные свобода, процветание и обилие возможностей.
Можно ли завести дырки прежде того, как заведутся карманы? - Бесплатная часть дырок прилагаются к образованию, платная же - к прорехам в воспитании.

Фома Топорищев
11.02.2011, 17:09
Борис Бим-Бад

Полезно не упускать из виду

При прочих равных условиях скорость и продуктивность человеческого ума зависят от состояния здоровья, настроения и самочувствия данной личности.

Наталия Пронина, Самара

В свое время, поездив в командировки с коллегами и изучив, в каких поездах есть спецкупе для людей с инвалидностью, посмотрев на эти купе, я поняла, что смогу и одна доехать, без помощников ...

... запомнилось посещение одного из социальных центров, где находится художественная студия. Двоюродная сестра со своими детьми туда ходит рисовать. Меня позвали за компанию, помня о том, что я когда-то любила это занятие. В студии преподаватель предложила мне что-нибудь нарисовать по желанию. Для разминки я решилась на небольшой натюрморт гуашью. Вспоминала, как это делается – лет двадцать не брала в руки кисти и краски. Посмотрев на натюрморт, педагог поинтересовалась, работала ли я когда-нибудь масляными красками. Узнав, что нет, предложила на следующем занятии попробовать. Стало любопытно.

Творчество масляными красками мне всегда казалось очень сложным – надо готовить холсты, грунтовку и многое другое, поэтому даже не думала о подобном. Оказывается, для таких, как я, можно купить уже все готовое. Только рисуй, пиши...

На занятии из многочисленных репродукций я выбрала "Мостик" К.А.Коровина – чем-то родным и близким веяло от этого пейзажа, захотелось попробовать его воспроизвести.

И еще преподаватель предложила мне работать не кисточками, а мастихинами. Их я тоже впервые держала в руках – это как бы небольшие, миниатюрные даже, шпателечки, которыми берешь краску и накладываешь на холст. Была показана забавная техника – изображение получалось объемным за счет того, что краска почти нашлепывалась на холст (тогда - на грунтованный картон).

Интересно было видеть работу преподавателя с учениками – в студии занимаются и дети, и взрослые. Взрослая аудитория часто впервые пробует себя в рисовании. Глядя на многие готовые картины, я понимала, что у меня терпения на эту ювелирность не хватит. И тихо восхищалась, как педагог умела раскрыть человека, направить, поддержать, чтобы он такое выдал! Мягко, ненавязчиво, точным замечанием или шуткой, одобряющим взглядом и даже молчанием направляет каждого, помогает убрать внутреннюю скованность и быть смелее перед мольбертом. И в студии вдруг рождаются картины... Пусть - это копии с репродукций, но зачастую делают их, и делают удивительно, люди, впервые взявшие в руки кисти, краски, пастель...

Всегда ценю встречи с талантливыми людьми. Особенно – с талантливыми педагогами.

То, что вместо кистей мне были предложены мастихины, тоже оказалось стопроцентным попаданием. Именно их размашистость оказалась мне очень близка и подогрела мой интерес к работе масляными красками.

"Мостик" был готов за один день, так увлекла меня работа. До Коровина мне, конечно, далеко, но работать масляными красками и мастихинами понравилось. А на следующий день надо было уезжать в Самару... Картину я оставила в центре, так как она должна была просохнуть.

Через какое-то время мне пришла бандероль с красками и мастихинами, затем с оказией приехали холсты, картон и мольберт... Родственники, видя мою заинтересованность, сделали мне такой подарок. Также приехал в Самару и "Мостик"...





Вторая работа маслом была с натуры – тыквы. Мазала от души и отключив внутреннего контролера, вспоминая наставления педагога. И процесс, и результат очень понравились. Но... Оказалось, что в небольшом пространстве моей комнаты краски пахнут достаточно сильно. Они хоть и художественные, но масляные. И голова начинает болеть от этого запаха. Вот еще для чего, оказывается, студии-то нужны! В центре этого совершенно было незаметно. Продолжить свои пробы маслом я смогла во время летнего пребывания в селе - самое благодатное место! Никто не отвлекает. Запах красок оставался на кухне, где находился мольберт и прочее. Да и в любой момент можно выйти в сад и продышаться свежим воздухом. А заодно и книги о художниках почитать, из которых я выяснила, что, оказывается, мне очень близок импрессионизм – рисование впечатлений...





Интернет помог найти картины известных живописцев, особенно, импрессионистов, в том числе - Коровина. В соцсетях нашлось много различных групп, объединяющих любителей живописи, рисования. Там я с интересом смотрела работы участников, читала обсуждения, позже начала и общаться с художниками - этого очень не хватало. Поэтому предложение московских родственников, приехавших на новогодние праздники в Самару, поехать вместе обратно в столицу, я с удовольствием приняла – новая возможность посетить знакомую студию!

14.01.2011, 13:38
Борис Бим-Бад

"Собака убежала от меня"


Были когда-то и мы тесаками

14.01.2011

Валерий Панюшкин

В моей жизни бывало немало случаев, когда я вел себя подобно скинхеду Тесаку, подобно националисту Тору, министру по делам молодежи Якеменко, подобно строителю финансовых пирамид Мавроди, подобно "жемчужному" прапорщику, подобно судье Данилкину, подобно какому угодно олигарху и подобно премьер-министру Путину. В жизни каждого из вас, читатель, бывали такие случаи, вы только, наверное, не помните их или помните неотчетливо.

Скинхед Тесак явился как-то на дискуссию в клуб, где собирается интеллигенция, и в самый разгар умных разговоров вскочил вдруг и, выпучив глаза, принялся выкрикивать националистические лозунги. Я тоже так делал. Я так делал года в два или в три. Когда к родителям моим приходили гости, взрослые разговаривали про что-то непонятное, а я принимался вдруг орать, как резаный, по любому поводу – то ли машинка сломалась, то ли булавкой укололся. Я хотел привлечь к себе внимание, и повод находился всегда. Если бы я тогда был достаточно большой, и если бы у меня был обрезок арматуры, я бы, тщась привлечь к себе внимание родительских гостей, поубивал их всех. Слава Богу, с возрастом это прошло.
Лет в десять, когда меня назначали дежурным по классу, и я получал власть не допустить в класс любого, у кого оказались бы грязные руки, я пользовался этой своей властью так же нагло, как "жемчужный" прапорщик и прочие наши правоохранители. Я пропускал в класс друзей, даже если руки у них были, как у шахтеров. А недругов я по три раза гонял в туалет мыть и без того кристально чистые руки.

В этом же примерно возрасте я трусил и врал в угоду сильным.
Лет в одиннадцать для меня было очень важно, чтобы мальчишки из соседнего двора не заходили в наш двор, при том что одновременно важно было заходить во двор к соседним мальчишкам. Когда мы заходили в соседний двор, мы вели себя вызывающе. Когда соседские мальчишки приходили к нам и тоже вели себя вызывающе, мы разламывали составленный из тонких фанерок овощной ящик и с решительным видом отправлялись соседских мальчишек изгонять. Мы делали ровно то, что сделали националисты на Манежной, только мы не весили под сто килограммов каждый, и в руках у нас были фанерки и пистоны, а не арматуры и файеры.

Мне было лет двенадцать, когда в нашем классе появился мальчик, ходивший в школу с четками. Мы не понимали, зачем нужны четки, но мы отобрали их и разорвали. Четки рассыпались. Мальчик плакал. Только теперь я сообразил, что мы сделали тогда то же самое, что делали прокремлевские молодежные активисты, когда жгли книги писателя Сорокина, которых не понимают.

Мне довольно рано объяснили, что воровать нехорошо. Но будучи младшим школьником, я воровал. По мелочи разумеется: конфеты, забытый родителями на столе гривенник, сестренкины игрушки. Меня наказывали, а я воровал снова, как воруют теперь вполне совершеннолетние люди, даже и зная, что за воровством последует наказание. У меня это прошло лет в двенадцать.

Лет в четырнадцать я отчаянно мечтал о джинсах. А когда джинсы появились, я кичился ими, как иной богач теперь кичится скоростной лодкой, спортивным автомобилем или аляповатым дворцом.

В этом же примерно возрасте у меня была стройная теория по любому поводу, и я доказывал ее с пеной у рта, не слушая контраргументов.

К двадцати годам мне стало совершенно наплевать на все это.
Лет в двадцать для меня стало важно унизить и оскорбить своих оппонентов, уличить других людей в ошибке или досадном промахе, утвердить собственную успешность и силу. Колебания моей самооценки были подобны кардиограмме. Я думал, что не имею права на ошибку и слабость. Я думал, что слабых бьют. А еще я очень любил фотографироваться.

Я это все к тому говорю, что, на скромный мой взгляд, политической нашей и общественной жизнью верховодят дети. Или вернее сказать, совершеннолетние люди с детским абсолютно состоянием мозгов.

Я всерьез думаю, что в последние двадцать (а может быть и сто) лет наш многонациональный народ как-то забывал взрослеть.

Что с этим феноменом делать, я не знаю.

Я знаю только, что меня печалит официальная новость про то, что школа теперь должна будет заниматься не только образованием, но и воспитанием.

Лет до тридцати я не мог изжить в себе желание кого-нибудь воспитывать и кому-нибудь навязывать свои представления о жизни. Мне было тридцать, когда я с чрезмерным рвением воспитывал собаку.

Собака убежала от меня.
07.12.2010, 21:54
Борис Бим-Бад

Что сейчас читают дети

Современные комиксы по мотивам зарубежных мультфильмов постепенно вытесняют русские народные сказки и произведения отечественных классиков. По словам педагогов, у любимых некогда героев Ивана Царевица, Емели и Василисы Прекрасной появились более успешные конкуренты. Сошедшие с экранов телевизоров смешарики, всемогущие волшебницы и спайдермены постепенно вытесняют героев русских народных сказок.

Воспитатели утверждают, литературные пристрастия детей формируют сами родители. От них же зависит, какие качества характера будут преобладать у ребенка в будущем. И чем больше в детских книгах будет добрых героев – тем добрее будет и сам малыш.

Источник: BookMix.ru
20.11.2010, 11:59
Борис Бим-Бад

О детском самоуправлении

О детском самоуправлении в школах

Д.В. Верин-Галицкий,
Хабаровск, учитель

Во многих школах взрослые пытаются строить структуры детского самоуправления.

Мы не приводим никаких исторических экскурсов, которые подтверждают, что всё, о чем мы пишем ниже, давно известно и очень хорошо аргуменированно в работах классиков педагогики (С.Т. Шацкий, А.С. Макаренко, В.А. Сухомлинский, И.П. Иванов, А.Н. Лутошкин и др.). Трагизм ситуации в том, что эти самые давным-давно известные истины игнорируются, а инновационность и эффективность многих современных воспитательных методик, честно говоря, является весьма сомнительной.

Школьное детское самоуправление - идея очень красивая, но едва ли реализуемая в современной школе, так как на вершине воспитательной иерархии стоит заместитель по воспитательной работе и директор школы, которые, как правило, диктуют детям, что они от них ожидают. А воплощенные детьми ожидания взрослых, в частности, в организации и проведении запланированных школьными взрослыми «воспитательных» мероприятий, попытки делегирования части каких то своих функций детям едва ли можно отнести к самоуправлению.

Организация интересной детской жизни в школе – это функция заместителя директора школы по воспитательной работе. Именно организация детской жизни, а не организация какого-то странного самоуправления, которое как игра во взрослые игры, но по совершенно непонятным правилам. Он должен сделать так, чтобы детям захотелось участвовать в этой жизни. Ведь они в основе своей очень активны, важно лишь найти ключики к тому, чтобы эту активность в них разбудить. А для этого нужна деятельность, которая требует участия в ней большого количества детей (пр.: Детский театр в школе Е.Ямбурга).

Организуя детскую жизнь в современной школе, нельзя идти по пути копирования пионерской и комсомольской организаций с их иерархическим построением. Ничего из этого путного не получится. Будет весьма формальная структура и совершенно нелепая по форме, например, «Президент школы – Совет министров – мэры классов», которая будет лишь транслировать «текст» заместителя директора по воспитательной работе, вызывая тем самым раздражение не только у «простых смертных», но и у самих участников этой структуры (мэров, членов Совета министров, президента).

Легенда о Тимуре и его команде – сегодня это именно легенда, хотя и очень красивая. Или главные герои повестей Анатолия Рыбакова «Кортик» и «Бронзовая птица». Их герои строили своё самоуправление совершенно в иных исторических условиях и были в своих поступках весьма самостоятельны, в чем и состояла их привлекательность для читающей аудитории. В современном социуме в условиях женско-запретного воспитания (которое сделало своё дело в направлении уничтожения детской активности) желать подобной самостоятельности, ответственности и активности от современных детей – утопия. Однако, даже в условиях современной школы возможно организовывать детскую жизнь таким образом, чтобы группу детей сделать именно коллективом, т.е. организовать такое их сообщество, которое будет устремлено к достижению социально значимой цели; его участники будут объединены совместной деятельностью; отношения между ними будут иметь форму ответственной зависимости (три признака коллектива).

Пытаться всю школу собрать в коллектив - также утопия. Этого делать не надо. Коллектив – дело добровольное. И очень хочется громко закричать «Не верю!», когда перед глазами оказывается что-то пафосное типа «Весь коллектив школы устремлён….» или тому подобное.

Начальный этап формирования детского коллектива должен происходить не с собрания детей, решения вопросов и выборов актива. А с интересного дела, которым занят педагог, которое он может предложить нескольким ученикам и которые начинают участвовать в этом деле на равных с ним. Дальше – больше. Если дело привлекло, то и группа постепенно начинает расти, принимая черты коллектива.

Только после того, как в школе появится интересная жизнь, пронизанная своим духом, имеющая свой уклад, только тогда можно вводить элементы самоуправления, но делать это необходимо очень аккуратно, чтобы не возникло отторжения. Взрослый, руководящий всеми этими процессами должен это отторжение вовремя почувствовать и остановиться – значит, время ещё не пришло. Такое время и такая ситуация могут и не наступить вовсе, слишком много факторов одновременно должны срезонировать, чтобы самоуправление возникло. Трагедии в этом нет. Главное не это, а совместная деятельность, которая и является основанием успеха педагогического влияния взрослого на каждого отдельного ребенка. Эта деятельность должна быть интересной, насыщенной, иметь социально значимый контекст.

К сожалению, в настоящее время смысл социально значимой деятельности школьников замылен, трактуется весьма узко-направленно и, как правило, сводится к уборке мусора на прилегающей к школе территории или неподалеку расположенном бульваре. А о такой социально-значимой деятельности как помощь ветеранам, шефство над детским садом и пр., как правило, больше говорится слов, чем есть реальных дел.

Однако, совместные занятия спортом, совместные экскурсии и походы, спектакли школьного театра не менее социально значимы, так как работают на будущее, формируют активность будущих граждан своей страны.

Детский коллектив управляется взрослым. Если он существует, потому что есть этот взрослый, но его руководящая роль внешне незаметна, при этом он рядом, он вместе со всеми на равных участвует в коллективной деятельности, к нему всегда можно обратиться за помощью и советом, если такая деятельность происходит как бы сама собой и есть иллюзия для окружающего мира, что коллектив существует благодаря активности самих детей, то КПД такой воспитательной работы взрослого очень высок и можно говорить о высшем пилотаже его педагогической деятельности. Сам же педагогический процесс в этом случае в чистом виде является педагогикой сотрудничества.

В этой ситуации коллектив становится субъектом педагогического влияния на каждого отдельного ребенка, через деятельность, через общение, через оценочные суждения, через атрибутику причастности, через исполняемые в коллективе роли и пр.

Важно понимать, что в коллективной детской деятельности, претендующей на возникновение детского самоуправления (самоуправление как некий идеал, к которому надо стремиться) доминанты отношений между участниками педагогического взаимодействия должны выстраиваться не в форме цепочки «взрослый – коллектив – ребенок», а в связке «коллектив – ребенок». Взрослый - лишь часть этого коллектива (хотя и очень важная, поскольку такой взрослый для детей обязан попадать в категорию значимых взрослых или иначе ничего не получится).

Какие бы то ни было органы управления коллективом не должны создаваться искусственно. Иногда для этого достаточно нескольких наиболее активных участников коллектива, но без их обозначения помпезными словами «президент», «председатель», «совет» и пр. Как только в детском движении появляется фигура, обозначенная педагогом каким-то взрослым названием, поднимающем его на более высокую ступеньку иерархии над остальными участниками, то вероятность быстрого развала объединения не за горами. Дети готовы подчиняться только более сильному духом (не интеллектом и поведением, а именно духом), за которым они готовы пойти. И он должен быть в своих решениях самостоятельным. Важно, чтобы направленность того, кому дети готовы подчиняться, была позитивной. Если же они его сами обозначат словом «командир», «капитан» или др., то страшного в этом ничего нет. Если сами выберут из наиболее активных членов коллектива совет (коллектива, дела или т.п.) и будут готовы ему подчиняться, и этот совет будет реально работать, а не фигурировать на бумаге в отчетах заместителя директора школы по воспитательной работе, то педагог поднял свой коллектив ещё на ступеньку выше в его развитии: отношения ответственной зависимости структурно обозначились.

Мы глубоко убеждены, что дети должны играть в детские игры, а взрослые – во взрослые. Всему своё время. Навязывание же детям «взрослых» игр (например, игры: «Выборы мэра города», «Выборы Государственной думы»), но по «детским» правилам («Поиграть, конечно, поиграем, даже пообсуждаем, но от нашего (детского) выбора всё равно ничего не изменится») вызывает отторжение у детей вообще к какому бы то ни было проявлению активности в дальнейшей взрослой жизни. Детский мир отличен от мира взрослых. Дети очень чувствительны к какой либо фальши, неискренности, формализму. Поэтому если игра, то всё должно быть по-настоящему. Чтобы решения, которые дети принимают, исполнялись. Чтобы, если говорим об ответственности, то она должна быть реальной с соответствующими санкциями за безответственность. Если же этого нет, то, словами домовёнка Кузи из известного мультфильма: «Если работаешь понарошку, то и живешь понарошку». А детский мир это не принимает. Это неприятие может происходить с весьма явным внешним протестом, вызывая бурю негодования. Но чаще оно происходит без явных внешних проявлений, возникает ситуация тихого протеста («Вы нас заставляете, мы, конечно, сделаем, но чтобы лишь от нас отвязались»). А взрослея и принимая условности взрослого мира (говорим одно, а делаем другое), дети начинают подстраиваться под этот фальшивый мир взрослых, транслируя эту модель в дальнейшей своей жизни.
14 НОЯБРЯ (Знание)
Важнее всех других то знание, которое руководит деятель­ностью жизни.

1

Очень важно знать законы жизни, но знание, ведущее нас к самосовершенствованию, есть знание первейшей важности.

Спенсер

2

Вредно есть, когда не голоден, и искусственными средст­вами вызывать в себе голод. Еще вреднее предаваться поло­вой похоти без неудержимого влечения и вызывать в себе ее. Вреднее же всего заставлять себя думать, когда нет этой по­требности, и искусственно вызывать в себе умственную дея­тельность, как делают это люди, пользуясь своими умствен­ными способностями для улучшения своего общественного положения.

3

Лучше овладеть с смирением малой долей здравого смыс­ла чем с самодовольством величайшими сокровищами наук. Нет ничего дурного в учености, и всякое знание чего бы то ни было приятно само по себе, но добрая совесть и добродетель­ная жизнь всегда должна быть поставлена впереди знаний.

Фома Кемпийский

4

Развитие науки не содействует очищению нравов. У всех народов, жизнь которых мы знаем, развитие наук содейство­вало развращению народов. То, что мы теперь думаем про­тивное, происходит от того, что мы смешиваем наши пустые и обманчивые знания с истинным высшим знанием. Наука, в ее отвлеченном смысле, наука вообще, не может не быть ува­жаема, но теперешняя наука, то, что безумцы называют нау­кой, достойна только насмешки и презрения.

Руссо

5

От учителя мы ждем, что он сделает из своего слушателя прежде всего рассудительного человека, потом разумного и под конец уже ученого.

Такой прием имеет ту выгоду, что, если ученик и не до­стигнет никогда последней ступени, как то обыкновенно и бывает в действительности, он все-таки выиграет от обучения и станет более подготовленным, если не для школы, то для жизни.

Если же этот прием вывернуть наизнанку, тогда ученик схватывает что-то вроде разума прежде, чем в нем выработа­ется рассудок, и выносит из обучения заимствованную науку, которая только как бы приклеена, но не срослась с ним, при­чем его духовные способности остаются такими же бесплод­ными, как и раньше, но в то же время уже сильно испорчены воображаемой ученостью. В этом причина, почему мы так часто встречаем ученых (вернее, обученных людей), лишен­ных и рассудка и разума, и почему из академий выходит в жизнь больше нелепых голов, чем из какого-нибудь другого общественного класса.

Кант

6

Только тот истинно учен, кто хорошо поступает.

Индийское Гитопадее

7

Воля не будет справедлива, пока не исправлены привы­чки ума, так как они больше всего влияют на волю. Привы­чки ума, однако, тогда лишь станут наилучшими, когда будут основаны на вечных законах жизни в ее целом.

Сенека

8

Внимай речам мудрого человека с вниманием, хотя бы дела его не соответствовали его учению. Человек должен по­учаться, хотя бы поучение было написано на стене.

Саади

————————

В знаниях важно не количество, а правильная расценка им. Важно знать, какие знания самые важные, какие второй важности, третьей и т. д. и какие самой последней.
footer logo © Образ–Центр, 2019. 12+