Личный кабинет

Из курса лекций-дискуссий по нравственному воспитанию школьников

Тема: «Письмо крестнице»


Педагогическая целесообразность курса лекций-дискуссий обусловлена тем что, использование данного материала способствует духовному и нравственному развитию подростков и молодежи, созданию условий для развития индивидуальных способностей и наклонностей, социальной поддержке подростков и молодежи в профессиональном и личностном самоопределении.

Катенька, солнышко, здравствуй!

Сегодня, 6 января, в канун Рождества Христова, я думаю лучшее время поговорить с тобой о том, что мне кажется очень важным. Я плохой крестный, признаю и каюсь. Я - грешник: знаю  мало молитв, редко хожу в церковь, совсем не соблюдаю постов, бывает, гневаюсь и даже ругаюсь, временами поддаюсь греху уныния, иногда осуждаю других и трудно прощаю и все это, наверное, не самые большие мои грехи. Все это так - я большой грешник. Прихожу на исповедь, причащаюсь, каюсь и снова грешу.

Невозможно не грешить, оставаясь в миру. И все-таки я верю в Бога. Пока не могу сказать, что верую, но, мне кажется, я на пути к этому. В чем разница?  Есть люди, которые к вере приходят легко и естественно, с детства, через чувства, с верой в чудеса. Эти люди могут сказать о себе «я верую!», им не нужны доказательства. Мне было трудно. Я вырос в атеистической стране и к вере шел долго, спотыкаясь, падая, греша и сомневаясь.

К выводу, что есть Высший Разум, Бог, к вере пришел рассудком, «головой». Что знал я в юности о вере, о Боге, о Церкви?  Меня в детском садике, в школе, в институте учили - «Бога нет!» Приводили доказательства: в космос летали, Бога не видели и Дарвин доказал, что  человек произошел от обезьяны путем эволюции, объясняли, что вся наука противоречит религии. Что в «боженьку»  верят только люди недалекие, не способные мыслить критически. Я долго верил в ЭТО.  Как ни странно, первые сомнения пришли во время учебы в институте, на занятиях по истории религии и атеизма, на которых я, как бы, должен был утвердиться в безверии.

Вышло обратное, может быть именно потому, что давали нам не поверхностные знания, а учили основательно и объемно. Нам преподавали настоящие ученые с мировыми именами, многие из них приходили читать лекции из ЛГУ. Нас учили работать с источниками, анализировать. Кроме истории, параллельно, мы основательно изучали философию - нового времени и современную: от Гегеля и Фейербаха до Канта, Камю, Ясперса и др.

Появилась альтернатива монолитной марксистко-ленинской философии. Мои представления об окружающем мире стали значительно сложнее. Но, в те годы не было желания серьезно изучать философию, я не думал заниматься наукой, были другие планы. Впрочем, не все были оболтусами. Один из нас, на мой взгляд, самый  одаренный и последовательный в поисках студент, желавший «докопаться» до истины, с третьего курса перевелся в ЛГУ на философский факультет, а через год мы вдруг с удивлением узнали, что он бросил университет и поступил в Духовную семинарию. Мы все тогда решили - парень просто свихнулся. Это была первая трещина в монолите моего атеизма.

После предисловия, я хотел бы, разделить тему на две части: о вере и Боге,        и о Церкви, чтобы о каждой поговорить основательно. Итак, о вере и Боге.   Верующий говорит: « Бог есть! - я это мистически знаю  и чувствую, мне не нужны доказательства, я просто верю в это!» Атеисты возражают: «Бога нет, потому что…»  и приводят доказательства.

Атеизм стоит на логике, как вера стоит на мистическом знании и чувстве.  Я же считаю, что вера граничит с разумом, к вере можно прийти путем рассуждений, то есть, логически. Может быть, даже с доказательством «от противного». Мой личный жизненный опыт, мои чувства мешают  мне уверовать, то есть принять веру безусловно и безрассудно (без условий и рассуждений). Да, я пришел к вере рассудочно, но  по-другому, без понимания  сути, я не могу уверовать, довериться чувствам. 

Вот и сейчас я «мудрствую лукаво», что, в общем- то, по библейским понятиям, грешно. Но я, для себя, нашел доказательства, я убежден, и поэтому верю, что Высший разум, Бог, есть. Я, твой крестный, по вере нашей, просто обязан показать тебе мой путь к Богу, поделиться своими мыслями, а там ты сама определишься с выбором собственного  пути.

Итак, начну с сомнений, с анализа того, что препятствовало моему рассудку принять факт существования Высшего разума на веру. Сомнения были, они необходимы. Ведь, если ты не способен сомневаться, не способен мыслить критически, значит ничего себе не доказал и ни в чем, соответственно, не можешь быть уверен. В чем же я сомневался, как и  в чем убеждался? Я рассуждал: наука противоречит вере, наши знания о материальной основе мира, казалось, не оставляют места для веры. Материя первична, сознание вторично. Мозг - материя, а сознание есть продукт этой материи.

Простейший опыт: выпил, сознание помутилось, выпил еще, зашатался, упал. Все, как у собаки Павлова. Рефлексы. Где тут душа? В каком месте она помещается? Мозг материален.

Но вот, тут я и задумался, а совершенен ли сам инструмент познания - наш мозг? Правильно ли он отражает действительность, мир, окружающий нас? Видим ли мы его во всей полноте или он нам только кажется? Что  мы видим из реально, объективно существующего, то есть независимого от нашего сознания, окружающего мира? И чего не видим? Ведь мои шесть органов чувств несовершенны.

Я, например, не вижу в темноте и не ощущаю инфракрасное  излучение, как змея, я не слышу ультразвуки, как летучая  мышь или дельфин, не могу почувствовать вкуса или запаха ртути, отреагировать на радиацию, как некоторые простейшие организмы. Мы, люди, с помощью науки, анализа познаем мир. Мы используем приборы, которые приспосабливают неощущаемый и невидимый нами  мир к возможностям наших органов чувств.

Наука всесильна, так меня учили. Ученые-материалисты «вычислили» даже существование «антиматерии» и «черных дыр» в космосе, то есть присутствие (или отсутствие) того, чего, по определению, как бы, материально не существует. Но, как много еще остается невидимым, неслышимым, неосязаемым и потому пока непонятым. По мере развития науки выяснилось, что гамма-лучи, не задерживаясь, пронизывают нашу Землю, и нас насквозь и вполне вероятно, что существуют невидимые и неощущаемые нами (пока) «параллельные» миры. «Друг мой, разве ты не видишь, что все видимое нами, только отблеск, только тени от незримого очами…» как писал С.Соловьев поэт, историк и философ.                                                             

Я рассуждал: как  одним и тем же мозгом верить и думать?  Если думаешь, значит, не веришь! В этом смысле, вера, как бы отрицает науку. Но, нет! Оказывается, не отрицает!

Выдающиеся ученые, опираясь на последние исследования видимой и познаваемой нами «материи»: от макромира космоса, до микромира - атома и его составляющих, утверждают, что в обозримом  будущем человечество не сможет рационально объяснить тайну происхождения Вселенной. Они говорят о невозможности «первотолчка», без участия какой-то внешней силы. Что это была за сила?

Чем больше ученые узнают об устройстве  «первокирпичиков» материального мира, молекул, атомов, тем сложнее этот мир представляется. «Микрокосм» оказывается таким же бесконечным, как и видимый нами «макрокосм»- то есть,  Вселенная. Разумеется, что большинство ученых мужей, занимающихся, прикладной наукой, в Бога не верят. Но, вот в среде крупнейших ученых-теоретиков, как бы «философов» от науки,  далее  других продвинувшихся  в изучении первооснов материального мира, я не встречал таких, которые говорили бы «Бога - нет!».

Более того, гениальные ученые, которые  дали жизнь целым направлениям или даже положили начало новым наукам, высказываются однозначно: «Высший разум, т.е. Бог- существует!»  В их ряду такие имена, как: Дмитрий Менделеев, Альберт Эйнштейн, Макс Планк, Макс Борн, Иван Павлов, Наталья Бехтерева, другие выдающиеся ученые, нобелевские лауреаты.

Так я начал сильно сомневаться в единственной правильности строго научного отражения и марксистко-ленинского материалистического объяснения объективно существующей (т.е. независимо от нашего знания или незнания о ней) картины мира. Я продолжал  рассуждать: возьмем, допустим, самую логически стройную науку - математику, которая, по словам Ломоносова,  «ум в порядок приводит». Все в ней строится на доказательствах - теоремах, так? А что лежит в основе теорем? Аксиомы, т.е. утверждения, не требующие доказательств, то есть, принимаемые на веру.

Если нам очевидно (очами видно), что: «через две точки можно провести прямую и, причем, только одну..», мы получаем геометрию Эвклида, которой пользуемся по сей день. Ведь это так очевидно! Мы принимаем это за истину, основываясь на опыте, доверяя своему зрению. То есть, чувственно, на веру.  

Все остальное - доказуемо.  Но, если мы возьмем на веру, что «через точку, не лежащую на прямой, может проходить множество прямых параллельных с первой», мы получим геометрию Лобачевского, которой ныне пользуются астрофизики. Если в основе всех систем лежат аксиомы, если даже в основе такой точной и рассудочной науки, как математика, лежит недоказуемое, то напрашивается единственно правильный вывод: в основе, фундаменте всякого научного знания лежит наш чувственный опыт, то есть вера.                                                                                                            

 Макс Планк, создатель «квантовой физики», проникший далеко в тайны ядра атома, вглубь мельчайших частиц материи, утверждал, что такая стройная  модель мира не могла возникнуть «сама собой», не отрицал существования Бога.

   

  Наш астрофизик, Борис Викторович Раушенбах, соратник гениального Сергея Королева, отправившего первого землянина в космос, строивший вместе с ним космические корабли, стал человеком верующим в результате научного анализа. 

Разрабатывая проблему стыковки космических кораблей, Раушенбах задумался о том, как наиболее точно отобразить пространство на экране, ведь космонавт не может наблюдать стыковку непосредственно, а изображение на экране искажалось. В результате ученый разработал новую теорию перспективы. «До сих пор теория перспективы опиралась на работу глаза (если угодно, фотоаппарата), - писал он, - а на самом деле видимая человеком картина пространства создается мозгом. Изображение на сетчатке глаза всего лишь «полуфабрикат». 

Он выстроил математические модели, начал изучать обратную перспективу русских икон и пришел к выводу: человек смотрит глазами, а видит мозгом. Понял, что с научной точки зрения, древние иконописцы рисовали правильно. Человек так видит. Откуда они это знали? Познакомившись с мистической философией православия, путем анализа, научно, он пришел к вере. Написал несколько научных статей на эту тему.

Ученым скептикам, утверждавшим, что в природе нет примера существования триединства в одном (Бог Отец, Бог сын, Бог Дух святой), отвечал: чего в природе нет, то есть в науке. Это - вектор. Возможно, я вульгарно трактую, но я так понял. Читай оригинал. Его статьи напечатаны в журнале «Наука и жизнь», еще в советское время. Многих ученых удивляло, как человек науки может быть религиозен? На этот вопрос сам Раушенбах отвечал так: «Все чаще людям в голову приходит мысль: не назрел ли синтез двух систем познания, религиозной и научной? Хотя я не стал бы разделять религиозное и научное мировоззрение. Я бы  взял шире - логическое, в том числе и научное, и внелогическое, куда входит не только религия, но и искусство - разные грани мировоззрения…»

 

В наше время, время синтеза наук, развития компьютерных технологий, ученые - химики поставили перед математиками задачу- определить, насколько вероятна возможность возникновения простейшей формы жизни на Земле -  клетки, из «бульона» неорганических элементов таблицы Менделеева? Ответ был таков - ничтожно мала и приближается к абсолютному нулю.

Для образного представления они приводили пример. Допустим, если взять за основу, как строительный атом – букву, то для создания клетки - простейшей формы жизни, способной к делению и размножению, должно было бы не просто сложиться из букв осмысленное слово. Из слов, не просто сложиться осмысленное предложение, а сразу рифмованное стихотворение. И не просто стихотворение, а стихи, организованные в определенную форму, скажем, сонеты и должен сложиться «случайно», «сам по себе» не один сонет, а целый «венок сонетов» Шекспира.

 Известный астрофизик-теоретик Фред Хойл приводил для наглядности более короткое сравнение: «Вероятность самозарождения жизни равна вероятности того, что проносящийся по свалке смерч соберёт из хлама «БОИНГ-747». 

Следующий невероятно сложный вопрос для атеиста - это возникновение сознания. И здесь мы видим «очевидное и невероятное». Если принять за верную теорию Дарвина о происхождении видов и естественном отборе, как двигателя  развития жизни, что, в, общем-то, мной принимается, то все равно остаются «детские» вопросы, которые, как известно, самые трудные.

Например, почему из множества видов животного мира, только человек обладает развитым сознанием? Почему нет «промежуточных» форм у других видов, кроме человекообразных, скажем, у дельфинов?

Если мозг, действительно, генератор мыслей, а не просто передатчик внешней воли (такую гипотезу выдвигают некоторые современные ученые), то зачем дельфину такой большой мозг (он по объему в полтора раза больше человеческого)?  Ведь согласно теории эволюции, природа ничего не дает ненужного. Если дельфин самое разумное животное, почему он,  попав в рыболовную сеть тральщика,  уходит на глубину и путается в ней, но не «сообразит» просто ее перепрыгнуть над водой?

 Сам человек использует возможности своего мозга всего на 10-25% , даже гении. Зачем человеку сон? Что происходит в этом, неконтролируемом нашим сознанием состоянии?  Почему четыре расы и при этом генетики определяют общую «родину» человечества - Африку и утверждают, что все мы, земляне, братья и сестры и восходим, генетически, к какому-то одному далекому предку.                                                                                                                          

Мозг, этот наш «инструмент» познания, по-прежнему остается для нас «черным ящиком», неразрешимой загадкой. Великий  русский ученый, академик Иван Павлов, психиатр, физиолог, открывший влияние на мозг действие условных рефлексов, был верующим.                                                      

Гениальный хирург Николай Пирогов, впервые применивший анестезию на поле боя, создавший атлас сечений мозга (прообраз современного МРТ), тоже верил в Бога. Великий Бехтерев и его знаменитая дочь Наталья Бехтерева, (основатель Института Мозга человека С-Пб, академик, почетный член всех ведущих университетов мира), которые дальше всех продвинулись в изучении мозга, были верующими людьми. Они утверждали, что наука, отрицающая Бога, никогда не сможет понять и объяснить, как человек мыслит.

  

Иван Павлов, даже в советское безбожное время, упорно ходил в церковь и даже пел в церковном хоре. Так что, в утверждении:  мозг (материя) первична, а сознание вторично, есть большие сомнения. Но, вот что более всего меня поразило: 

Это о Боге и вере сказал сам главный «смутьян мозгов» - Чарлз Дарвин.               Я рассуждаю дальше: способен ли человек понять замысел Божий?

Может ли, допустим, муравей или пчела, кошка, собака понять замысел высшего, по отношению к ним, Разума - разума человека  и судить о нем?  Нет, конечно же, не может. 

Есть еще множество вопросов, которые можно было бы обсудить в этой теме, например: тайна зарождения жизни человека и тайна смерти, тайна души. Это вопросы, на которые современная наука ответить пока бессильна. Возможно, когда-нибудь, с Божьей помощью, узнаем. Хотя, главное, уже сказано, самим Создателем и его учениками. В этом радость. Я верю.

Я высказал тебе, Катя, свое отношение к вере и Богу, показал тебе свой путь, путь сомнений и рассуждений. У тебя, возможно, будет свой. Уверен в этом.  Другая тема, связанная с темой веры - это мое отношение к Церкви. Тут все сложнее. Но об этом я напишу тебе в следующем письме. Если, конечно, ты захочешь об этом узнать. Извини, что так долго писал - тема такая.

Обнимаю тебя, моя крестница, моя дорогая доченька во Христе. Твой учитель.

Добавлено: 07.09.2019
Рейтинг: 8.2166666666667
Комментарии:
0
footer logo © Образ–Центр, 2020. 12+