Личный кабинет
Человек как воспитатель и воспитуемый

Дмитрий КЕДРИН







КОФЕЙНЯ
...Имеющий в кармане мускус не кричит об этом на улицах. Запах мускуса говорит за него.
Саади

У поэтов есть такой обычай -
В круг сойдясь, оплевывать друг друга.
Магомет, в Омара пальцем тыча,
Лил ушатом на беднягу ругань.

Он в сердцах порвал на нем сорочку
И визжал в лицо, от злобы пьяный:
"Ты украл пятнадцатую строчку,
Низкий вор, из моего "Дивана"!

За твоими подлыми следами
Кто пойдет из думающих здраво?"
Старики кивали бородами,
Молодые говорили: "Браво!"

А Омар плевал в него с порога
И шипел: "Презренная бездарность!
Да минет тебя любовь пророка
Или падишаха благодарность!

Ты бесплоден! Ты молчишь годами!
Быть певцом ты не имеешь права!"
Старики кивали бородами,
Молодые говорили: "Браво!"

Только некто пил свой кофе молча,
А потом сказал: "Аллаха ради!
Для чего пролито столько желчи?"
Это был блистательный Саади.

И минуло время. Их обоих
Завалил холодный снег забвенья.
Стал Саади золотой трубою,
И Саади слушала кофейня.

Как ароматические травы,
Слово пахло медом и плодами,
Юноши не говорили: "Браво!"
Старцы не кивали бородами.

Он заворожил их песней птичьей,
Песней жаворонка в росах луга...
У поэтов есть такой обычай -
В круг сойдясь, оплевывать друг друга.



    28.06.2010 | 05:13
    f a Пользователь

    :-) безусловно!


     

    25.06.2010 | 23:06
    Борис Бим-Бад Пользователь

    Oda: "Каким знатоком души должен быть учитель - литератор!"И еще, думаю, Вы согласитесь, и знатоком литературы.


     

    25.06.2010 | 23:01
    Борис Бим-Бад Пользователь

    Oda: "Отчего ж только Пушкин -- икона..).."Бесценная и дорогая Екатерина Ивановна! Иконостас составляется из многих икон. А некоторые вообще обходятся без обожествления поэтов - не "сотворяют" себе кумиров. Например, для Анна Ахматовой Пушкин был совершенно, абсолютно живым человеком. Она его ревновала, беседовала с ним, ненавидела его врагов и неугодных ей друзей Пушкина. А вот я грешен, и "среди миров, в мерцании светил ОДНОЙ звезды я повторяю имя". Хотя все звёзды греют, не правда ли, божественная Екатерина Ивановна?


     

    25.06.2010 | 22:34
    f a Пользователь

    >>> Спасибо! Может, другие остановятся...От учителей литературы зависит провести учеников к миру таких книг, к встрече с такими поэтами, у кого они найдут ответы на все острые жизненные вопросы своей юности...Каким знатоком души должен быть учитель - литератор!


     

    25.06.2010 | 22:31
    f a Пользователь

    Изумительно лёгкий слог и арабески образов! Отчего ж только Пушкин -- икона..)..Как легко поэт соткал экзотичный мир восточных блёсток:Ткани солнечного цвета,Полосатые бурнусы...Где живет звезда поэтов..Смерть Фердоуси показана иронично и в то же время достойно, с таким мягким и одновременно трагичным юмором..с милосердием - слаб человек и недолог. Особенно шах. Чем -то напомнило строки Низами Гянджеви (?)..:Я взял в ладони целый мир.Взглянул и взгляд отвел.Как темен он, и груб, и зол!В миру я человека не нашел.У правды кривда отняла престол.И клевета вельможна, как Эмир.Я взял в ладони целый мир.Взглянул и взгляд отвел.


     

    24.06.2010 | 13:55
    Борис Бим-Бад Пользователь

    Георгий Мантуров: "Вот по каким закоулкам мысль пробежала."Да, дорогой Григорий Олегович, ассоциации наши причудливы и зависят от игры подсознания. Всегда интересно распутывать его хитросплетения.


     

    24.06.2010 | 13:52
    Борис Бим-Бад Пользователь

    Oda: Зодчие.Да, да! Кедрин - тираноборец. И защитник художника. Мощнейший. Властям не нравился.По Вашей любезной ссылке можно прочитать еще одно гениальное произведение Кедрина о Поэте - "Приданое". О Фирд(о)уси. Знаю наизусть и особенно люлю это место:"Вот посол, пестро одетый, Все дворы обходит в Тусе: "Где живет звезда поэтов - Ослепительный Фердуси? Вьется стих его чудесный Легким золотом по черни, Падишах прекрасной песней Насладился в час вечерний. Шах в дворце своем - и ныне Он прислал певцу оттуда Тридцать странников пустыни, Тридцать войлочных верблюдов, Ткани солнечного цвета, Полосатые бурнусы... Где живет звезда поэтов - Ослепительный Фердуси?" Стон верблюдов горбоносых У ворот восточных где-то, А из западных выносят Тело старого поэта. Бормоча и приседая, Как рассохшаяся бочка, Караван встречать - седая - На крыльцо выходит дочка: "Ах, медлительные люди! Вы немножко опоздали. Мой отец носить не будет Ни халатов, ни сандалий. Если шитые иголкой Платья нашивал он прежде, То теперь он носит только Деревянные одежды. Если раньше в жажде горькой Из ручья черпал рукою, То теперь он любит только Воду вечного покоя. Мой жених крылами чертит Страшный след на поле бранном. Джинна близкой-близкой смерти Я зову моим желанным. Он просить за мной не будет Ни халатов, ни сандалий... Ах, медлительные люди! Вы немножко опоздали". Встал над Тусом вечер синий, И гуськом идут оттуда Тридцать странников пустыни, Тридцать войлочных верблюдов."


     

    24.06.2010 | 13:44
    Борис Бим-Бад Пользователь

    Oda: БЕСЕДА.Дорогая Екатерина Ивановна! Это ужасное в своей правдивости произведение! Когда я, ещё студентом, в 20 лет, женился, то согласился на аборт, жена настаивала. И вот так же мне снился неродившийся ребёнок... Это невыносимо. Спасибо! Может, другие остановятся...


     

    24.06.2010 | 11:24
    Георгий Мантуров Пользователь

    Весёлая пародия на Nevermore Эдгара По...А Кедрина убили, выбросили из электрички...Весь ужас в том, что приглашение на дачу написано в июле 45=го, а убили его в Тарасовке в октябре того же 45=го. Через три месяца.А "Зодчие" ( Евтушенко , кажется, писал), Тарковского вдохновили на "Рублева". Кстати, Глазков там сыграл мужика, летящего , в самом начале фильма. А я то все думаю, отчего это мне Глазков вспомнился в связи с Кедриным! Вот по каким закоулкам мысль пробежала.


     

    24.06.2010 | 04:08
    f a Пользователь

    ...а это стихотворение Кедрина рассказала недавно детям...изучали как раз времена княжеской удельной Руси..Зодчие.Как побил государь Золотую Орду под Казанью, Указал на подворье свое Приходить мастерам. И велел благодетель, - Гласит летописца сказанье, - В память оной победы Да выстроят каменный храм. И к нему привели Флорентийцев, И немцев, И прочих Иноземных мужей, Пивших чару вина в один дых. И пришли к нему двое Безвестных владимирских зодчих, Двое русских строителей, Статных, Босых, Молодых. Лился свет в слюдяное оконце, Был дух вельми спертый. Изразцовая печка. Божница. Угар и жара. И в посконных рубахах Пред Иоанном Четвертым, Крепко за руки взявшись, Стояли сии мастера. "Смерды! Можете ль церкву сложить Иноземных пригожей? Чтоб была благолепней Заморских церквей, говорю?" И, тряхнув волосами, Ответили зодчие: "Можем! Прикажи, государь!" И ударились в ноги царю. Государь приказал. И в субботу на вербной неделе, Покрестясь на восход, Ремешками схватив волоса, Государевы зодчие Фартуки наспех надели, На широких плечах Кирпичи понесли на леса. Мастера выплетали Узоры из каменных кружев, Выводили столбы И, работой своею горды, Купол золотом жгли, Кровли крыли лазурью снаружи И в свинцовые рамы Вставляли чешуйки слюды. И уже потянулись Стрельчатые башенки кверху. Переходы, Балкончики, Луковки да купола. И дивились ученые люди, Зане эта церковь Краше вилл италийских И пагод индийских была! Был диковинный храм Богомазами весь размалеван, В алтаре, И при входах, И в царском притворе самом. Живописной артелью Монаха Андрея Рублева Изукрашен зело Византийским суровым письмом... А в ногах у постройки Торговая площадь жужжала, Торовато кричала купцам: "Покажи, чем живешь!" Ночью подлый народ До креста пропивался в кружалах, А утрами истошно вопил, Становясь на правеж. Тать, засеченный плетью, У плахи лежал бездыханно, Прямо в небо уставя Очесок седой бороды, И в московской неволе Томились татарские ханы, Посланцы Золотой, Переметчики Черной Орды. А над всем этим срамом Та церковь была - Как невеста! И с рогожкой своей, С бирюзовым колечком во рту, - Непотребная девка Стояла у Лобного места И, дивясь, Как на сказку, Глядела на ту красоту... А как храм освятили, То с посохом, В шапке монашьей, Обошел его царь - От подвалов и служб До креста. И, окинувши взором Его узорчатые башни, "Лепота!" - молвил царь. И ответили все: "Лепота!" И спросил благодетель: "А можете ль сделать пригожей, Благолепнее этого храма Другой, говорю?" И, тряхнув волосами, Ответили зодчие: "Можем! Прикажи, государь!" И ударились в ноги царю. И тогда государь Повелел ослепить этих зодчих, Чтоб в земле его Церковь Стояла одна такова, Чтобы в Суздальских землях И в землях Рязанских И прочих Не поставили лучшего храма, Чем храм Покрова! Соколиные очи Кололи им шилом железным, Дабы белого света Увидеть они не могли. Их клеймили клеймом, Их секли батогами, болезных, И кидали их, Темных, На стылое лоно земли. И в Обжорном ряду, Там, где заваль кабацкая пела, Где сивухой разило, Где было от пару темно, Где кричали дьяки: "Государево слово и дело!" - Мастера Христа ради Просили на хлеб и вино. И стояла их церковь Такая, Что словно приснилась. И звонила она, Будто их отпевала навзрыд, И запретную песню Про страшную царскую милость Пели в тайных местах По широкой Руси Гусляры. 1938http://az.lib.ru/k/kedrin_d_b/


     

Перейти к странице:
Дата регистрации: 21.10.2006
Комментарии:
19
Просмотров 87
Коллеги 0
Подписаны 0
Сказали спасибо 0
Сказать спасибо
footer logo © Образ–Центр, 2020. 12+