Личный кабинет
Дневники

05.07.2012, 17:59
Борис Бим-Бад

Жан Кокто - с дополнениями

Я знаю, что искусство совершенно необходимо, только не знаю зачем

Искусство — это наука, ставшая ясной

Стиль - это простой способ говорить сложные вещи

Во фразе: "Картины Пикассо - это мазня" о Пикассо не сказано ничего, зато о говорящем - все

Дипломатия – это умение послать человека к черту так, что он станет собираться в путешествие

Сделай половину работы, остальная сделается сама

Вундеркинды, как правило, дети родителей с богатым воображением

Если ты знаменитость, неприятно, что все кругом тебя знают, и совершенно ужасно, когда тебя не узнают

Раньше женщины кормили грудью младенцев, теперь - кино-продюсеров

История - это правда, которая становится ложью. Миф - это ложь, которая становится правдой

Разумеется, я верю в счастливую случайность, иначе как объяснить успехи людей, которых я не выношу?

Такт в дерзости - это умение почувствовать, до какого предела можно зайти слишком далеко

Жан Кокто

Добавляю пару замечательных текстов самого Жана Кокто и пару своих гравюрок в подарок сегодняшним именинникам. В них что-то есть, что я в них вижу, и что мне хотелось бы показать вам.Выкладываю также столетний давности, но сохраняющий свою полемическую остроту текст Ванды Ландовской, по поводу которого, однако следует сделать маленькое замечание.

Музыка – которая «не в звуках» - это Жизнь.

Не только - отдельное произведение, но и - Музыка как таковая, в ее историческом движении (но не все, что называют музыкой, этому живому телу музыки принадлежит).

«История» не есть позитивистский «прогресс», но есть способ существования Исторического.

А Музыка – как и всякая Жизнь (не в биологическом, конечно же, смысле – потому-то История не тождественна также ни «развитию», ни, тем паче – «эволюции») есть сущностно Историческое. Так.

С той только оговоркой, что у музыки нет никакой «лежащей за» ней, за наблюдаемым ее движением «сущности».

В случае Музыки (как, впрочем – о чем я писал уже вам – и в случае самого Человека) следует говорить (если говорить строго) не о «сущности», не об «эссенции», но – о «пятой сущности», о «квинт-эссенции». Так.

А Квинтэссенция эта – эта «самость музыки» - на дороге уже не валяется, ее надобно всегда еще «добыть», получить, до нее дойти, до нее до-вести, как - до полноты Феномена то, что мы в «конце концов», в эсхатологической точке «полноты (исполнения) времен», только и можем Встретить.

Музыка - сказал бы я, если бы вы не видели тут тавтологии и порочного круга, а их нет тут! - есть История Музыки, если только сама История музыки при этом по-нимается («пишется») как Музыка (подобно тому, как История философии возможна только как философия же – что пытался втолковать нам Хайдеггер вслед за Гегелем). Музыка – и она! – есть Жизнь, монадно возобновляющая себя в каждой точке своего движения. И, как Жизнь, дабы быть, «оставаться» той же самой, она, по еобходимости должна быть иной – радикально, «катастрофически» иной. О чем, собственно и говорил в своем "Манифесте Фонтенбло" старик Рихард Штраус, с которым полемизирует Ландовска. То есть, если только не отождествлять Музыку со «слуховой оптикой» музыки, музыкальных «текстов» (против чего и протестует, по сути, Ландовска), и если не представлять себе историю музыки как некое имманетное самодвижение этих текстов, этой «технической» стороны музыки (несостоятельность чего раз и навсегда показал обнажды выдающийся наш музыковед Филипп Гершкович – вот и о нем я не писал еще вам), то – прав, прав и еще раз прав этот ужасный модернист Рихард Штраус: повторю еще раз: чтобы быть «той же», быть собой, просто «быть», музыка – как «живая жизнь» - должна по необходимости в каждой точке своего движения

И История музыки – все быть или не быть которой зависит от того, сможет она или нет брать себя, как из своего начала, от= живого и непосредственного опыта присутствия Музыки, а точнее сказать: сможет она, История Музыки или нет в на каждом шаге соего развертывания «писаться» так, чтобы вновь и вновь «при-водить» самое Музыку к полноте ее присутствия как Феномена. То есть – сможет она, История Музыки – или нет быть «феномено-гогикой музыки». Или «просто» - муса-гогикой», прости господи.

Но – стоп. А то в такую жару боюсь за ваши головы.

Так всегда: выложишь, казалось бы «ветхую» и безобидную статейку, ан – нет: приходится заговаривать о принципиальных и непростых вещах.

Продолжим, как говорила мышь в «Алисе», светский разговор.

Спрашивают: а где и как там поживает открытый мной Хи-Хи,хс-Бизон?

Прекрасный ответ дал мудрый Борис Заходер:

Никакого
Нет резона
У себя
Держать БИЗОНА,

Так как это жвачное -

Грубое и мрачное!


Посему – на воле он, на воле!

Так что, быть может, и вам свезет его встретить.

Но не бойтесь – он теперь уже хорошо приготовленный бизон, дико-домашний, прямо-таки – не шерстяной, а – шелковый, ну – воплощенная интериоризованная интерсубъективность нашего с ним общения.

В один день с Жаном Кокто, но десятью годами раньше родилась великая польская пианистка Ванда Ландовска.

Ее собственно фортепианные записи, особенно, быть может – Моцарта, и сегодня – непревзойденные по глубине проникновения и особому тонкому артистизму – шедевры.

Но особенно Ванда прославилась, как клавесинистка.

Лучше даже сказать – прославила клавесин и вернула его на большую эстраду.

Прежде всего ее Бах – и оба тома баховского «Клавира», и «Гольдберг-вариации» (которые она первая записала целиком) и, конечно же - «хроматическая фантазия и фуга» - стали событием, нет – составили эпоху не только в истории клавесинного искусства, но и истории музыки.

Как хотелось бы выложить побольше этих - старых, часто неважных по качеству, но и сегодня – поразительных записей.

Да – куда? На отдельную рассылку я сегодня не потяну – другое дело есть.

А тут еще кто-то впечатлился Айвсом и просит еще чуть-чуть его – правда, думаю, плохо представляя, что его (ее!) при этом ждет – ведь вчерашний «Вопрос, оставшийся без ответа» - это же только «цветочки»!

Но вот, быть может, я и соберусь с духом, зажмурю глаза и пошлю вам одну какую-нибудь часть – ну, не какую-нибудь, но – конечно же – четвертую! – его «Симфонии универсума»! Погляжу тогда на вас - уцелеете ли?!

Да, но это – может быть.

А сейчас – вот вам все-таки эта поразительная – мурашки по коже! – баховская «хроматическая фантазия и фуга» - за клавесином – несравненная Ванда Ландовска (запись далекого 1937 года).

Это ее подарок старику Кокто.

А мой – всем вам.

Я поверяю вам тайну тайн. Зеркала - это двери, через которые входит и выходит Смерть. Не говорите этого никому. Впрочем, если вы всю жизнь будете смотреться в зеркало, вы увидите, как Смерть работает, подобно пчелам в стеклянном улье

Сделайте вид, что вы плачете, друзья мои, потому что поэт только делает вид, что он мертв

Жан Кокто

"Корабль идет ко дну - произнес Кокто, когда услыхал по радио о смерти Эдит Пиаф - это известие не дает мне дышать!".

Несколько часов спустя, готовясь сказать по радио слово памяти Эдит Пиаф, Кокто умер.

Он успел написать стихотворение в прозе, посвященное Эдит Пиаф:

Эдит Пиаф, подобно невидимому соловью, теперь сама станет невидимой. Нам останется от нее только взгляд, ее бледные руки, этот высокий лоб, собирающий лучи рампы, и голос. Голос, который заполняет все вокруг и летит все выше и выше, постепенно оттесняя певицу, увеличиваясь подобно тому, как росла ее тень на стене, и, наконец, величаво воцарясь на месте, где стояла маленькая робкая женщина. Душа улицы проникает во все поры города. Это уже поет не мадам Пиаф, а моросит дождь, жалуется ветер, и лунный свет стелется по мостовой...

На ЮТЬЮБе вы найдете – все еще найдете, спешите смотреть – два замечательных французских фильма о Жане Кокто.

Первый – здесь:

http://www.youtube.com/watch?v=UJ06xWvxlfI -1
и далее,

а второй – здесь:

http://www.youtube.com/watch?v=LQ7ruFUkh6k – часть1

Рене
[attachment=46345:Modiglia...eau_1916.jpg][attachment=46346:Жан_Кокт...Рене___3.jpg] [attachment=46347:Ванда_Ла...ва__1907.jpg] [attachment=46348:Bach___Landowska.mp3] [attachment=46349:Жан_Кокто._Орфей.doc] [attachment=46350:Ванда_Ла...КУССТВОМ.doc]
01.07.2012, 11:16
Борис Бим-Бад

Филипп Жакоте

Мне больно отказаться от образов
Нужно чтобы лемех меня рассек
зеркало старости зеркало зимы
Нужно чтобы время меня засеяло

Филипп Жакоте. Из книги «Птицы, цветы и плоды»

Пер. Ольги Седаковой

Эти странные строки, загадочные, несущие тревогу – бытийную тревогу – и, вместе с тем, парадоксально – бытийный же свет и покой, - большой, не отсюда растущий покой – в конгениальном (чем короче стихи, тем труднее, читая их другим языком, передать то, что они передают) переводе Ольги Седаковой принадлежат замечательному современному (сегодня ему исполнилось 87 лет) швейцарскому поэту Филиппу Жакоте (Philippe Jaccottet).

А вот фрагмент из его «Записных книжек» от февраля 1997 года:

((…)) Шубертовская фортепьянная соната си бемоль мажор в исполнении Клары Хаскил: вещь, к которой возвращаешься снова и снова, но какими словами о ней рассказать? Чем она - особенно в первой части - доводит почти до слез? Я не знаю ничего, что лучше, и всякий раз заново, передавало бы чувство преодоления границы, стены, чувство движения в «Открытости», этом внутреннем и вместе с тем внешнем пространстве, которое представлял себе Рильке, отпуская в нем на свободу своих ангелов, и которого достигают в «другом состоянии», описанном Музилем. Но нужно, насколько удастся, уточнить: в движении по этим пространствам нет ничего отвлеченного, бестелесного, в них есть свои неровности, оттенки, взлеты и падения, - жалоба, ностальгия, даже страсть, овеянные дыханием сути, преображены здесь с естественной простотой, так что беда и тоска теперь уже не преграждают путь к миру, а по-своему расцветают ему навстречу.

Еще Шуберт, его песни в исполнении Элизабет Шуман. Их звуки связаны для меня с целым миром образов, отсылающих к Германии и только к Германии, хотя - нужно ли это уточнять? - в песнях, о которых я сейчас думаю, никогда не было ничего «местного»: это и картины Каспара Давида Фридриха с их повернувшимися к нам спиной героями, погруженными в созерцание пространства; и силуэты городов с колокольнями, башнями, бастионами, всем, что при взгляде на затянутый летним туманом Эставайе по другую сторону Невшательского озера всегда и непреодолимо напоминало мне Гëльдерлина; и дороги с лошадьми, с белокурыми девушками, множество дорог, то мощеных, то грунтовых; и холмистые долины со снегом, сияющим (как у меня на родине) на вершинах далеких Альп; и тяга к бродяжничеству (странствия Вильгельма Мейстера, странствия Антона Райзера); и великие взлеты и приступы глубочайшей меланхолии (почти по тем же дорогам пройдет позднее такой человек, как Гюстав Ру); и жизнь и труд людей, еще связанных со стариной, - мукомолов, пастухов, рыбарей; и Gemütlichkeit, стиль бидермейер, этот душевный уют без взрывов, тем более - без грандиозных фантазий романтиков вроде Гюго, особенно без его готических или восточных вычурностей… Да, по сути дом и жизнь Ру в Каруже были еще совсем близки подобному миру.

Du lachst wohl über den Träumer
Der Blumen im Winter sah -

"Кому не смешон мечтатель, что видит зимой цветы". Эти цветы, которые Шуберт воскрешает в одной из лучших lieds своего цикла "Зимний путь", Ру видел каждую зиму у себя на стеклах, и рисунок мелодии, сопровождающей два приведенных стиха, кажется, в силах растопить самый твердый душевный лед. ((…))

О Жакоте и его поэтическом даре прекрасно сказал в преамбуле к публикации его «Записных книжек» другой его замечательный переводчик – Борис Дубин:

Я хотел озаглавить или хотя бы начать эту заметку так: «Филипп Жакоте - воплощенное достоинство слова», но тут же себя остановил. Самомалейшее повышение тона - не в характере швейцарского поэта. Достоинство им сказанного обеспечено долгим молчанием и совестливым сомнением, его знак - вопрос, а оброненное о любимом Джорджо Моранди - «живопись приглушенная, почти отсутствующая» - можно отнести к самому Жакоте. Многое говорит сам его почерк: волосяные линии на открытках или в инскриптах, оставленные как будто не стержнем, а кисточкой, словно не решаются коснуться бумаги, - не то слабый след, не то его стирание, выветривание, истаивание.

Сборник стихотворений Жакоте середины пятидесятых годов назывался «Неискушенный» ("L'ignorant"), и это отношение к миру - дорогое ему, добавлю, в заглавном герое «Идиота» Достоевского - поэт пронес через всю жизнь. Недаром в книге «Спустя много лет», а это уже середина девяностых, он признается, что «так и не повзрослел». Сегодня Филиппу Жакоте - восемьдесят. Его острое зрение - по-прежнему внутреннее, но никогда не самопоглощенное, и читатели следующих ниже страниц, с их неисчерпаемыми звуками и тончайшими красками, в этом, уверен, убедятся. Поэзию Жакоте - прозаическая форма записи нисколько не мешает всему написанному им быть поэзией - я бы назвал «духовной», имея в виду не столько «духовные стихи» английского или испанского барокко (поэт их знает, ценит, переводит), сколько то, вероятно, главное измерение в искусстве ХХ века, которое в самом его начале наметил Василий Кандинский. По альпийским тропам вдоль Виваре и Монмирай, по дорогам Греции, Италии, Германии поэта ведет поиск, говоря его же формулой, «возможности невозможного» или - закончу любимой Жакоте цитатой из Борхеса - «неминуемость откровения, которое снова и снова откладывается».

Этими словами Бориса Владимировича я и ограничусь сегодня.

Равно как - только двумя опытами переводов Жакоте – Седаковой и Дубина.

Выкладываю две части шубертовой Сонаты для фортепиано №21 си-бемоль мажор (D 960) в исполнении великой Клары Хаскил (о ней я писал вам; запись - 1952 года, моно и «глухая» – не взыщите), о которой говорит Жакоте в приведенном отрывке из «Записных книжек».

Тут:

http://www.dailymotion.com/video/xhltpv_ph...-vivre_creation

и дальше (части 1-5) вы можете посмотреть и скачать замечательный фильм-интервью (Entretien avec Philippe Jaccottet par les Librairies L'Arbre à Lettres du 31 janvier 2011) с Филиппом Жакоте (на французском языке).

Хотя на русском языке вышло уже несколько книг Филиппа Жакоте:
В свете зимы. М.: Русский путь, 1996
Стихи. Проза. Записные книжки. М.: Carte Blanche, 1998
Пейзажи с пропавшими фигурами. СПб: Алетейя, 2005
[Стихи]// Ревич А. Дарованные дни. М.: Время, 2004
На краю// Пауль Целан: Материалы, исследования, воспоминания. М.: Мосты культуры; Иерусалим: Гешарим, 2007, с.11-12
Прогулка под деревьями. М.:Текст, 2007.

Особенно замечательны французские издания Жакоте в знаменитом элитарном издательстве «Fata Morgana» (в котором выходили многие небольшие книжицы Фуко, Бланшо, Делеза и Дерриды – вот они – стоят на полке!) с гравюрами Александра Холлана и с акварелями и рисунками Анн-Мари Жакоте («Nuages. Gravures d'Alexandre Hollan». Montpellier: Fata Morgana, 2002 и «Couleur de terre», par Anne-Marie et Philippe Jaccottet. Monpellier: Fata Morgana, 2009) а также выпущенная в 2008 году издательством «La Dogana» тиражом в 50 экземпляров с акварелями и рисунками Анн-Мари Жакоте книга «Arbres, chemins, fleurs et fruits» (цена этого издания 500 евров! Обычной версии - 30) и, конечно же – фантастическая книга переводов Жакоте из японской поэзии с литографиями Хуана Миро. («Hai-ku, traduits par Philippe Jaccottet. Litographies de Joan Miro». Paris: Maegt, 1967 – переиздания – не в счет) – эх, друзья, почему я не миллионер?!

А – литографии Джакометти?!

Прочтите хоть сами стихи.


И еще – маленькую работу Жакоте о Пауле Целане.

Рене
[attachment=46190:1_Филипп..._и_плоды.docx] [attachment=46191:2_Филипп...._Дубина.docx] [attachment=46192:3_Филипп...._Дубина.docx] [attachment=46193:4_Филипп..._На_краю.docx] [attachment=46194:Филипп_Ж...Рене___1.jpg] [attachment=46195:Филипп_Ж...Рене___3.jpg] [attachment=46196:Шуберт__...__Хаскил.mp3]
30.06.2012, 13:42
Борис Бим-Бад

Чеслав Милош с дополнениями

Какой музыкальный подарок можно сделать поляку?

Ну, конечно же - Шопена!

Выкладываю для Чеслава Милоша две свои любимые шопеновские прелюдии в исполнении несравненной Марии Пиреш.

Ну - и свою гравюрку в придачу.

((…)) Прекрасно родиться в малой стране, где природа человечна и соразмерна человеку, где на протяжении столетий сосуществовали друг с другом разные языки и разные религии. Я имею в виду Литву, землю мифов и поэзии. И хотя моя семья уже с XVI века пользовалась польским языком, как многие семьи в Финляндии шведским, а в Ирландии английским, и в итоге я польский, а не литовский поэт, но пейзажи, а может быть, и духи Литвы никогда меня не покидали. Прекрасно слышать с детства слова латинского богослужения, переводить в школе Овидия, учиться католической догматике и апологетике. Благословен тот, кому дан был судьбой в школьные и университетские годы такой город, каким был Вильно, город причудливый, город барочный, итальянской архитектуры, перенесенный в северные леса, город, где история запечатлена в каждом камне, город сорока католических костелов, но и множества синагог, евреи в те времена называли его Иерусалимом севера.


Только став университетским преподавателем в Америке, я понял, как много вошло в меня из самых стен нашего старого университета, из запомнившихся формул римского права, из истории и литературы давней Польши, которая удивляет молодых американцев своими особенностями: добродушной анархией, разоруживающим яростные споры юмором, чувством органической общности, недоверия ко всякой централизованной власти.

Поэт, который вырос в таком мире, должен быть искателем действительности путем созерцания. Ему должны быть дороги определенный патриархальный лад, звон колоколов, желание оградиться от натиска и настойчивых пожеланий наших ближних, тишина монастырской кельи, если книги на столе, то книги, трактующие о том непонятном свойстве вещей, каковым является их esse. И вдруг все это оказывается отвергнуто демоническими действиями Истории, имеющей все черты кровожадного божества.

Чеслав Милош. Речь в Шведской королевской академии

((…)) Годы войны научили меня, что человек не должен брать перо в руки только для того, чтобы передать остальным свое собственное отчаяние и поражение

((…)) Сегодня единственная поэзия, которая заслуживает этого имени – это поэзия эсхатологическая - поэзия, которая отвергает существующий бесчеловечный мир во имя лучших изменений

Чеслав Милош

Он принадлежит к числу тех великих и прекрасных творцов XX и XXI веков, которые преображали действительность. Прощаясь с нами и уходя, он покидает времена, сильно отличающиеся от тех, которые застал он сам, ибо, будучи их сопричастником, он преобразил их — и своей поэзией, и своей деятельностью

Анджей Вайда

В ХХ столетии Милош стал для польской поэзии и культуры тем, чем в XIX м был Адам Мицкевич. Удивительно повторение судеб двух великих поляков. Оба называли своей отчизной Литву и считали себя литвинами — в прежнем смысле этого слова, связанном с принадлежностью к былому Великому Княжеству ((...)) Оба — Мицкевич и Милош — были изгнанниками, оба снискали мировую славу еще при жизни, оба внесли огромный вклад в освобождение двух народов былой Речи Посполитой от оков деспотических режимов ((...) Историческое примирение Литвы и Польши после тяжелых испытаний ХХ века было бы невообразимо без Милоша. Я бы сказал, что именно Милош, величайший поэт "города без имени" — Вильнюса, решил виленский вопрос: политики пошли по тропе, протоптанной им и весьма немногочисленными поначалу людьми, мыслящими так же, как он ((...)) Теперь, как никогда прежде, мы видим, что он стоит в одном ряду с лучшими людьми ХХ века. Их трое или четверо — кроме Милоша это Элиот, Кавафис, Мандельштам».

Томас Венцлова

((…)) Милош опроверг слова Т.С.Элиота о том, что человечество не может вынести слишком много реальности. Молодой поэт, начинавший свою карьеру среди ровесников в гудящих от споров варшавских кафе 30-х годов, стал свидетелем того, как эти самые молодые поэты гибнут от пуль в Варшавском восстании ((...)) Старик, мудрец из Гризли-Пик в Беркли, ветеран холодной войны, герой "Солидарности", друг Папы, он был одновременно ребенком и поэтом, который непрестанно слышит "все нарастающий призыв Отдельного, наперекор земным законам уничтоженья памяти" ("Капри") ((...)) Секрет его творчества заключался частично, а сила — в значительной мере — в огромных познаниях Милоша. Его ум напоминал ренессансный театр памяти.

Шеймас Хини

«Сердце мое говорит от Тебя: ,ищите лица Моего'; и я буду искать лица Твоего, Господи» (Пс 27, 8). Эти слова псалма приходят мне в голову, когда я вспоминаю блаженной памяти Чеслава Милоша. Мне кажется, они созвучны тому, что он написал мне в своем последнем письме

Из телеграммы Папы Иоанна Павла II кардиналу Францишеку Махарскому, митрополиту Краковскому

Чеславу Милошу – 100!

В этой своей рассылке я воздержусь от того чтобы говорить вам что-нибудь о сегодняшнем юбиляре - Чеславе Милоше.

Это уже прекрасно сделали Томас Венцлова, Наталья Горбаневская, Лев Лосев, Шеймас Хини и Анатолий Гелескул.

Ограничусь тем, что выложу кое-что из того, что нашел в сети из переводов Милоша – как его поэзии, так и прозы - и некоторые тексты о нем.

Со сканера выкладываю немногие, но, как всегда – лучшие – переводы Анатолия Гелескула и его вступительную к ним заметку из недавно вышедшей большой книги гелескуловских переводов из польской поэзии

"Среди печальных бурь...". Из польской поэзии XIX-XX веков. СПб.: Изд-во Ивана Лимбаха, 2010.

Прошу прощения, что, как всегда, не вычистил и не отформатировал этот текст, но для чтения он пригоден.

В качестве моего музыкального приношения выкладываю первый концерт – «Весна» - из «Времен года» Вивальди в караяновской записи с Анне-Софи Муттер – так что теперь эта фантастическая запись есть у вас целиком.

Рене
[attachment=46149:0_Чеслав...й_земной.doc] [attachment=46148:0_Чеслав...нания....doc] [attachment=46150:01_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46151:1_Венцло...лагодать.doc] [attachment=46152:1_Чеслав...елескула.doc] [attachment=46153:02_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46153:02_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46153:02_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46154:2_Томас_..._НАРОДОВ.doc] [attachment=46155:2_Чеслав...ны_Вайль.doc] [attachment=46156:2_Чеслав...родского.doc] [attachment=46157:03_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46157:03_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46157:03_Violi...69_128кб.mp3] [attachment=46158:3_Наталь...ЕК_ЭПОХА.doc] [attachment=46159:3_Чеслав...ТВОРЕНИЯ.doc] [attachment=46160:3_Чеслав...Чеховиче.doc] [attachment=46161:4_Интерв...аневской.doc] [attachment=46162:4_Чеслав...ТВОРЕНИЯ.doc] [attachment=46163:5_Лев_Ло...А_МИЛОША.doc] [attachment=46164:5_Чеслав...Венцлове.doc] [attachment=46165:5_Чеслав...нишского.doc] [attachment=46166:6_Мариан...А_МИЛОША.doc] [attachment=46167:7_Чеслав...ОНИКИ___.doc] [attachment=46168:8_Чеслав...ОРЕНИЯ__.doc] [attachment=46169:Czeslaw_...рав_Рене.jpg] [attachment=46170:Czeslaw_...aney___9.jpg] [attachment=46171:Czeslaw_..._home_22.jpg] [attachment=46172:Czeslaw_Milosz_1.jpg] [attachment=46173:Czeslaw_Milosz_4.jpg] [attachment=46174:Czeslaw_Milosz_5.jpg] [attachment=46176:Czeslaw_...ley_1980.jpg] [attachment=46177:Czeslaw_Milosz_7.jpg] [attachment=46178:Czeslaw_Milosz_8.jpg] [attachment=46179:Czeslaw_Milosz_7_2.jpg] [attachment=46180:Czeslaw_Milosz_10.jpg] [attachment=46182:Czeslaw_..._11_2001.jpg] [attachment=46183:Czeslaw_Milosz_21.jpg] [attachment=46184:Czeslaw_...ope__5_2.jpg] [attachment=46185:Preludes...udium___.mp3] [attachment=46186:Preludes...sionato_.mp3]
23.06.2012, 16:59
Борис Бим-Бад

Анна Андреевна Ахматова

В музыкальной части рассылки вместо прошлогодних «Пяти песен на стихи А.Ахматовой» Сергея Прокофьева я предлагаю вам послушать несколько частей из большого, почти часового, «Реквиема Ахматовой» уже известного вам по моим недавним рассылкам замечательного английского композитора Джона Тавенера (John Taverner, сочинение 1980 года, BBCSymphonyOrchestra / NashEnsemble, PhyllisBryn-Julsonsoprano, JohnShirleyQuirkbass. Дирижер - Геннадий Рождественский)

Геннадий Николаевич дирижировал этой лондонской (в то время Рождественский был главным дирижером Симфонического оркестра БиБиСи) премьерой сочинения. В своей книге "Треугольники" он рассказывает, как у самого трапа самолета Лондон-Москва, наши спецслужбы отнимали у него партитуру «Реквиема», написанного на текст тогда еще неопубликованной у нас и запрещенной поэмы Ахматовой.

Иосиф Бродский

На столетие Анны Ахматовой

Страницу и огонь, зерно и жернова,
секиры острие и усеченный волос –
Бог сохраняет все; особенно – слова
прощенья и любви, как собственный свой голос.

В них бьется рваный пульс, в них слышен костный хруст,
и заступ в них стучит; ровны и глуховаты,
затем что жизнь - одна, они из смертных уст
звучат отчетливей, чем из надмирной ваты.

Великая душа, поклон через моря
за то, что их нашла, - тебе и части тленной,
что спит в родной земле, тебе благодаря
обретшей речи дар в глухонемой вселенной.

&&&&&

Вся Ахматова – здесь:

http://www.akhmatova.org

Со сканера выкладываю записи разговоров Ахматовой и фрагменты ее записных книжек из недавно вышедшей книги: «Ахматова, Озорство мое, окаянство … »

Вот вам два из моих любимых стихов Ахматовой.

Рене


@@@@@

Небывалая осень построила купол высокий,
Был приказ облакам этот купол собой не темнить.
И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки,
А куда провалились студеные, влажные дни?..
Изумрудною стала вода замутненных каналов,
И крапива запахла, как розы, но только сильней,
Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых,
Их запомнили все мы до конца наших дней.
Было солнце таким, как вошедший в столицу мятежник,
И весенняя осень так жадно ласкалась к нему,
Что казалось - сейчас забелеет прозрачный подснежник...
Вот когда подошел ты, спокойный, к крыльцу моему.

1921

@@@@@

Есть три эпохи у воспоминаний.
И первая - как бы вчерашний день.
Душа под сводом их благословенным,
И тело в их блаженствует тени.
Еще не замер смех, струятся слезы,
Пятно чернил не стерто со стола -
И, как печать на сердце, поцелуй,
Единственный, прощальный, незабвенный…
Но это продолжается недолго…
Уже не свод над головой, а где-то
В глухом предместье дом уединенный,
Где холодно зимой, а летом жарко,
Где есть паук и пыль на всем лежит,
Где истлевают пламенные письма,
Исподтишка меняются портреты,
Куда как на могилу ходят люди,
А возвратившись, моют руки с мылом,
И стряхивают беглую слезинку
С усталых век - и тяжело вздыхают…
Но тикают часы, весна сменяет
Одна другую, розовеет небо,
Меняются названья городов,
И нет уже свидетелей событий,
И не с кем плакать, не с кем вспоминать.
И медленно от нас уходят тени,
Которых мы уже не призываем,
Возврат которых был бы страшен нам.
И, раз проснувшись, видим, что забыли
Мы даже путь в тот дом уединенный,
И задыхаясь от стыда и гнева,
Бежим туда, но (как во сне бывает)
Там все другое: люди, вещи, стены,
И нас никто не знает - мы чужие.
Мы не туда попали… Боже мой!
И вот когда горчайшее приходит:
Мы сознаем, что не могли б вместить
То прошлое в границы нашей жизни,
И нам оно почти что так же чуждо,
Как нашему соседу по квартире,
Что тех, кто умер, мы бы не узнали,
А те, с кем нам разлуку Бог послал,
Прекрасно обошлись без нас - и даже
Все к лучшему…

1945
[attachment=45912:1_Сергей...кальщица.doc] [attachment=45918:6_Письма...стернаку.doc] [attachment=45917:6_М._Л._...го_этапа.doc] [attachment=45916:5_Вяч._В...хматовой.doc] [attachment=45915:4_Письма...хматовой.doc] [attachment=45914:3_Н._Я._...оминаний.doc] [attachment=45913:2_Лидия_...Ахматова.doc] [attachment=45919:7_О._А._...зеркалом.doc] [attachment=45920:7_Письма...родскому.doc] [attachment=45921:8_Ольга_...хматовой.doc] [attachment=45922:8_Письма...хматовой.doc] [attachment=45922:8_Письма...хматовой.doc] [attachment=45923:9_Разгов...и_записи.doc] [attachment=45924:10_Бродс...лава_11..doc] [attachment=45925:011.jpg] [attachment=45926:13_Вален...Полухина.doc] [attachment=45927:16.jpg] [attachment=45928:17.jpeg] [attachment=45929:18.jpg] [attachment=45930:026.jpg] [attachment=45931:027a.jpg] [attachment=45932:034a.jpg] [attachment=45933:35.jpg]
[attachment=45934:038.jpg] [attachment=45935:040.jpg] [attachment=45937:041.jpg] [attachment=45940:50.jpg] [attachment=45946:75_Музык...таковичу.jpg] [attachment=45947:akhmatov...i_epochi.mp3] [attachment=45948:John_Tav..._07_96кб.mp3] [attachment=45949:John_Tav..._08_96кб.mp3] [attachment=45950:John_Tav..._09_96кб.mp3] [attachment=45951:John_Tav..._10_96кб.mp3] [attachment=45952:John_Tav..._11_96кб.mp3] [attachment=45953:John_Tav..._17_96кб.mp3] [attachment=45954:Джон_Тавенер.jpg] [attachment=45955:Иванов_о...хматовой.doc]
((…))

Следуй прямо, следуй прочь,
песнопевец: вниз и в ночь;
твой от уст отставший глас
снова вселит радость в нас.

В сельских радостях стиха
да нальется гроздь суха
горьких слов: давясь слюной,
пой людской удел дрянной,

чтоб в пустынях душ возник
и забил живой родник;
чтобы стал темницу дней
славить всяк живущий в ней.

Уистен Хью Оден. «Памяти В.Б.Йейтса». Пер. Иосифа Бродского


Добавляю несколько картинок и любимое стихотворение - «Памяти В.Б.Йейтса» - любимого поэта Иосифа Бродского - Уистена Хью Одена - в английском оригинале, в авторском чтении Одена и в недавно опубликованном переводе Иосифа Бродского.

Рене
[attachment=45558:1_Стихи_...Сергеева.doc] [attachment=45557:1_Willia...ent_1908.jpg] [attachment=45556:0_The_So...r__саунд.mp3] [attachment=45555:0_The_So...d_Mother.doc] [attachment=45559:2_Willia...ats_1900.jpg] [attachment=45560:2_Стихи_...Кружкова.doc] [attachment=45561:3_Стихи_...ны_Блейз.doc] [attachment=45562:4_В_пер._Р..doc] [attachment=45563:5_Willia..._Yeats_1.jpg] [attachment=45564:5_Уильям...lchemica.doc] [attachment=45565:6_Yeats.jpg] [attachment=45566:6_Уистен...а_Йейтса.doc] [attachment=45567:7_Т._Эли...ер_Йейтс.doc] [attachment=45568:8_Willia...er_Yeats.jpg] [attachment=45569:8_А_Нест..._Mystica.doc] [attachment=45570:Иосиф_Бр...ав._Рене.jpg] [attachment=45571:Письмо_о...тсе___12.docx] [attachment=45572:Уистен_Х...ав._Рене.jpg] [attachment=45573:Уистен_Х...Б.ЙЕЙТСА.docx]
01.06.2012, 13:08
Борис Бим-Бад

Юнна Мориц - друг детей

И в чёрных списках было мне светло,
И в одиночестве мне было многодетно,
В квадрате чёрном Ангела крыло
Мне выбелило воздух разноцветно.

Глубокие старухи, старики
Мне виделись не возрастом отвратным,
А той глубокостью, чьи глуби глубоки -
Как знанье тайное, где свет подобен пятнам.

Из пятен света попадая в пятна тьмы,
Я покрывалась воздуха глазами,
Читая незабвенные псалмы
По книге звёздной, чьи глаза над нами.

Волнами сквозь меня, светясь, текло
Пространство ритмов, что гораздо глубже окон.
И в чёрных списках было мне светло,
И многолюдно в одиночестве глубоком.

Эти замечательные стихи – вы и без меня знаете – Юнны Мориц.

Хотя день рождения самой Юнны Петровны, как прекрасно знают все дети от 3 до 100 лет (ибо она в этот день угощает их всех пирожными!), не сегодня, но только – завтра, но, слава богу, хоть один еще человек есть без предрассудков (ну, минус первого вы все, конечно, хорошо знаете) – и потому я поздравляю Юнну Петровну именно сегодня - от всех вас, большие и не очень, дети, и поздравляю всех вас с Юнной Петровной – лучшим другом детей всех времен и народов!

Вечно юную Юнну Петровну я поздравляю ее же собственным стишком – «Чтоб летали мы все и росли»:

Не растёт в огороде сосиска,
Бублик с маком,
Башмак и портфель,
А растут помидоры,
Горох и редиска -
Да и те замерзают в метель.

Но зато и зимой, и весною,
Даже если пурга на дворе,
Могут крылья
Прекрасно расти за спиною,
Могут мысли расти в голове!

Разве можно достичь изобилья,
Что-то новое
Изобрести,
Если светлые мысли
И сильные крылья
У людей перестанут расти?

Тут как тут
Лилипутами станут
Все на свете -
И мы же с тобой!-
Если крылья и мысли
Расти перестанут
Круглый год, при погоде любой!

И пещерной покроются пылью
Микроскоп,
Телескоп,
Контрабас,
Если светлые мысли
И сильные крылья
Вдруг расти перестанут у нас.

Наше сердце немедленно стиснут
Скука вместе с зелёной тоской,
Если мысли прокиснут,
А крылья обвиснут,
Как лохмотья в пучине морской!

Так давайте нажмём на педали
И не станем зевать на мели, -
Чтобы крылья и мысли
Росли и летали,
Чтоб летали мы все и росли!

Ну а вас – самые лучшие друзья Юнны Мориц всех времен и народов – я поздравляю волшебной музыкой Сергея Сергеевича Прокофьева к «Евгению Онегину».

Музыка «Евгения Онегина» была написана Прокофьевым в 1936-м году для постановки Александра Таирова в Камерном театре, приуроченной к грядущему 100-летию со дня гибели Пушкина.

В самый разгар работ по указанию тогдашнего «Комитета по делам искусств» спектакль был запрещен.

Запись, фрагменты которой я выкладываю, сделана с Симфоническим оркестром и хором Берлинского радио под управлением Михаила Юровского. Текст Татьяны читает Чулпан Хаматова.

Сайт Юнны Мориц – тут:
http://www.owl.ru/morits/bio.htm

А ваш Ренатус – тут - в одном из карманов Юмбера-Тумбера!

Юнна Мориц

Подарок

Тумберу-Бумберу,
Бумберу-Тумберу
Друг подарил кое-что:
Десять широких,
Десять глубоких,
Десять карманов пальто!

Тумберу-Бумберу,
Бумберу-Тумберу
Будет где прятать теперь
Гайку, напильник,
Старый будильник,
Ключик, не лезущий в дверь!
Шарик стеклянный,
Пень деревянный,
Всяческий грохот и звон
Всунет в карманы,
Как все мальчуганы,
Сзади и спереди он.

Влезет фонарик,
Свисток, самоварик,
Влезет и это, и то –
В десять широких,
В десять глубоких,
В десять карманов пальто!

Кстати, у меня самого, чтоб вы, Юнна Петровна, знали - карманов поболе будет! – мой шеф, Борис Сергеевич Братусь, на заседании кафедры проверял, ища секретные шпаргалки для моих студентов (без них ведь я экзамен ни за что не приму), да так и не нашел и со счета сбился на втором десятке – математику, Б.С., как следует учить надо в детстве у А.Н.!

Ренатус
[attachment=45164:1_Юнна_Мориц.jpg] [attachment=45165:2_tumber...er___инв.jpg] [attachment=45166:05_1_Pro...ало_бала.mp3] [attachment=45167:05_2_Pro...___Танец.mp3] [attachment=45168:05_4_Pro...___Вальс.mp3] [attachment=45169:05_5_Pro..._Колядка.mp3] [attachment=45170:07_Proko...___Дуэль.mp3] [attachment=45171:12_Proko...тудентов.mp3] [attachment=45172:Prokofie..._Татьяне.mp3] [attachment=45173:Юнна_Мор...компанию.docx]
28.05.2012, 14:00
Борис Бим-Бад

Владислав Ходасевич

/…/ в кликушестве моды его заслоняют все школы (кому не лень):
Маяковский, Казин, Герасимов, Гумилев, Городецкий, Ахматова, Сологуб,
Брюсов - каждый имеет ценителей. Про Ходасевича говорят: "Да, и он
поэт тоже"... И хочется крикнуть: "Не тоже, а - поэт Божьей милостью,
единственный в своем роде"... /

Андрей Белый. Рембрандтова правда наших дней, 1922

* * *

...Это было
В одно из утр, унылых, зимних, вьюжных, --
В одно из утр пятнадцатого года.
Изнемогая в той истоме тусклой,
Которая тогда меня томила,
Я в комнате своей сидел один. Во мне,
От плеч и головы, к рукам, к ногам,
Какое-то неясное струенье
Бежало трепетно и непрерывно -
И, выбежав из пальцев, длилось дальше,
Уж вне меня. Я сознавал, что нужно
Остановить его, сдержать в себе, - но воля
Меня покинула... Бессмысленно смотрел я
На полку книг, на желтые обои,
На маску Пушкина, закрывшую глаза.
Все цепенело в рыжем свете утра.
За окнами кричали дети. Громыхали
Салазки по горе, но эти звуки
Неслись во мне как будто бы сквозь толщу
Глубоких вод...
В пучину погружаясь, водолаз
Так слышит беготню на палубе и крики
Матросов.
И вдруг - как бы толчок, - но мягкий, осторожный, -
И все опять мне прояснилось, только
В перемещенном виде. Так бывает,
Когда веслом мы сталкиваем лодку
С песка прибрежного; еще нога
Под крепким днищем ясно слышит землю,
И близким кажется зеленый берег,
И кучи дров на нем; но вот качнуло нас -
И берег отступает; стала меньше
Та рощица, где мы сейчас бродили;
За рощей встал дымок; а вот - поверх деревьев
Уже видна поляна, и на ней
Краснеет баня.
Самого себя
Увидел я в тот миг, как этот берег;
Увидел вдруг со стороны, как если б
Смотреть немного сверху, слева. Я сидел,
Закинув ногу на ногу, глубоко
Уйдя в диван, с потухшей папиросой
Меж пальцами, совсем худой и бледный.
Глаза открыты были, но какое
В них было выраженье - я не видел.
Того меня, который предо мною
Сидел, - не ощущал я вовсе. Но другому,
Смотревшему как бы бесплотным взором,
Так было хорошо, легко, спокойно.
И человек, сидящий на диване,
Казался мне простым, давнишним другом,
Измученным годами путешествий.
Как будто бы ко мне зашел он в гости,
И, замолчав среди беседы мирной,
Вдруг откачнулся, и вздохнул, и умер.
Лицо разгладилось, и горькая улыбка
С него сошла.
Так видел я себя недолго: вероятно,
И четверти положенного круга
Секундная не обежала стрелка.
И как пред тем не по своей я воле
Покинул эту оболочку - так же
В нее и возвратился вновь. Но только
Свершилось это тягостно, с усильем,
Которое мне вспомнить неприятно.
Мне было трудно, тесно, как змее,
Которую заставили бы снова
Вместиться в сброшенную кожу...
Снова
Увидел я перед собою книги,
Услышал голоса. Мне было трудно
Вновь ощущать все тело, руки, ноги...
Так, весла бросив и сойдя на берег,
Мы чувствуем себя вдруг тяжелее.
Струилось вновь во мне изнеможенье,
Как бы от долгой гребли, - а в ушах
Гудел неясный шум, как пленный отзвук
Озерного или морского ветра.

Владислав Ходасевич, «ЭПИЗОД», 1918

* * *

Это – было!
И мы не поймем этого странного и порой страшного поэта, если не будем
держать в уме при его чтении - как радикал его понимания - память об
этом его опыте.
Память о котором – чаще непрямая и невнятная для него самого - всегда
присутствует в его стихах, пронизывает их и определяет - как радикал -
все его жизнеощущение, делая его постоянно двоящимся, стесненным
«здесь» и предчувствующим – не как отделенное грядущее, но как стоящее
рядом, вот тут, настоящее – просторное, расправляющее, свободное
«там».
Тесно, тяжело и тоскливо было «тут» этому пленному духу, узнавшему
однажды, знавшему – предощущавшему постоянно – присутствие другого.
Ошибочно полагавшему его и ждавшему его прихода – особенно по
молодости лет – где-то «по ту сторону» всего этого здешнего.
Полагавшему, что мы «отделены от него лопатой гробовщика».
Почему никто не сказал ему тихо в его – так чутко воспринимавшее
веяние этого – ухо: «Друг, Второе присутствие всегда уже началось! Мы
всегда уже – тут - во время его! А, если не так, то не будет его -
нигде и никогда!».
Узнал ли он это там?
Слышим ли это здесь мы?

Рене
[attachment=44978:0_Ходасе...е_стихов.doc] [attachment=44979:1_1_Влад..._КОРИДОР.doc] [attachment=44980:1_2_В._Ф...ЕКРОПОЛЬ.doc] [attachment=44981:1_А.Белы...ШИХ_ДНЕЙ.doc] [attachment=44982:2_Владим...дасевиче.doc] [attachment=44983:3_АЛЕКСА...дасевича.doc] [attachment=44985:3_В._Ф._..._Тютчеве.doc] [attachment=44986:3_Франк_...дасевича.doc] [attachment=44987:4_В._Ф._...лавского.doc] [attachment=44988:4_РОБЕРТ...ОМУ_ЯМБУ.doc] [attachment=44989:5_Михаил_Гаспаров.doc] [attachment=44990:6_Юмор_В...дасевича.doc]
[attachment=44991:Hodasevi...Sorrento.jpg] [attachment=44992:Бетховен..._Клайбер.mp3] [attachment=44993:Слева_на...Середина.jpg] [attachment=44994:В.Ф.Хода...Рене___1.jpg] [attachment=44995:В.Ф.Хода...Рене___2.jpg] [attachment=44996:В.Ф.Хода...Рене___3.jpg]

24.05.2012, 20:46
Борис Бим-Бад

День рождения Иосифа Бродского

2012-05-24

Добавляю немного музыки – вторую часть - Andante moderato - Четвертой симфонии Брамса в фантастическом исполнении Карлоса Клайбера.


Ну и - мою гравюрку.

2011-05-24

Добавляю несколько текстов Бродского о его любимых поэтах.

2010-05-24

За прошедший год вышло несколько замечательных книг о Бродском, но их нет пока в сети (они есть в «Фаланстере»).

Добавляю «Нобелевскую лекцию» Бродского в живом его произнесении и в виде текста.

Обращаю ваше внимание также на мало кому известные, но замечательные, очень веселые «детские» стишки Бродского.

Рекомендую фрагменты фильма Андрея Хржановского о Бродском «Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на родину» - здесь и другие:

http://www.youtube.com/watch?v=wygvTzSX_MM&NR=1

но лучше его в хорошем качестве за сотню купить на Савеловском.

Я предлагаю вам сегодня два звуковых файла, где Бродский читает свои стихи, две небольшие работы Седаковой о нем и ее замечательные стихи памяти Бродского. У меня тоже есть стихи, обращенные к Бродскому, из коих один найдете в приложении к письму.

Рене
[attachment=44855:Иосиф_Бр...ав._Рене.jpg] [attachment=44853:Джон_ДОН...родского.doc] [attachment=44854:Иосиф_Бр...я_лекция.doc] [attachment=44832:1.jpg] [attachment=44833:1_brodsk...mu_drugu.mp3] [attachment=44834:1_Седако...ТИ_ПОЭТА.doc] [attachment=44835:2.jpg] [attachment=44836:2_brodsk...e_elegii.mp3] [attachment=44837:2_Ольга_...РОДСКОГО.doc] [attachment=44840:3.jpg] [attachment=44841:3_brodsky___Лене.mp3] [attachment=44843:3_Ольга_..._К_ФОРМЕ.doc] [attachment=44844:39176874_Brodskiy.jpg] [attachment=44846:Антон_Не...родского.doc] [attachment=44852:Брамс___...ber____2.mp3] [attachment=44856:Иосиф_Бр...987___32.mp3] [attachment=44857:Иосиф_Бр...т_спустя.doc] [attachment=44859:ИОСИФ_БР...О_музыке.doc] [attachment=44860:Иосиф_Бр...творении.doc] [attachment=44861:ИОСИФ_БР..._КОМНАТЫ.doc] [attachment=44862:ИОСИФ_БР...а_и_Эней.doc] [attachment=44863:Иосиф_Бр...ная_муза.doc] [attachment=44864:Леонид_Б...родского.doc] [attachment=44865:мой_стишок.doc] [attachment=44866:Ю.М.Лотм...пустотой.doc] [attachment=44867:Яша_Клоц...ля_детей.doc]
08.05.2012, 11:43
Борис Бим-Бад

Николай Заболоцкий

За истекший год вышло несколько замечательных книг Заболоцкого и о нем. Среди них - совсем недавно - симпатично изданный томик "больших стихотворений" Заболоцкого, подготовленный его сыном - Николаем Николаевичем. В маленьких магазинах еще можно купить также подготовленную Николаем Николаевичем замечательную книгу о Заболоцком: "Я воспитан природой суровой" и даже ... вышедший 10 лет назад - лучший в текстологическом отношении - том Заболоцкого в Большой серии "Библиотеки поэта". Не ко двору нашему времени этот замечательный русский поэт. Жаль. Я его очень люблю.

Главное добавление к прошлогодней рассылке - это несколько важных текстов, как самого Заболоцкого, так – и о нем.

Добавляю также рисунки Заболоцкого ( к сожалению – в ужасном качестве). Еще – несколько фоток (тоже – плохого качества).

Те, кто слышал в эти дни мое чтение стихов Заболоцкого на семинарах, слышал и мои комментарии к ним. К сожалению выложить их в этом письме не могу.

Общее «склонение» этих моих «активных чтений» Заболоцкого – читать его стихи как своего рода – ненамеренные, подобно сновидениям – тексты некой «внутренней алхимии души». Брать сами эти тексты – в соответствии с пониманием «природы» Заболоцким – «не то, что мните вы, природа» - не «пантеистическим», но – «гностическим», не как «природы сотворенной», но – «творящей» - как выращиваемые поэтом виртуальные органы души для ее «органо-проекции», открывающей возможность внутренних трансмутаций, преображения человека.

Все, что было в душе, все как будто опять потерялось,
И лежал я в траве, и печалью и скукой томим.
И прекрасное тело цветка надо мной поднималось,
И кузнечик, как маленький сторож, стоял перед ним.

И тогда я открыл свою книгу в большом переплете,
Где на первой странице растения виден чертеж.
И черна и мертва, протянулась от книги к природе
То ли правда цветка, то ли в нем заключенная ложь.

И цветок с удивленьем смотрел на свое отраженье
И как будто пытался чужую премудрость понять.
Трепетало в листах непривычное мысли движенье,
То усилие воли, которое не передать.

И кузнечик трубу свою поднял, и природа внезапно проснулась.
И запела печальная тварь славословье уму,
И подобье цветка в старой книги моей шевельнулось
Так, что сердце мое шевельнулось навстречу ему.

1936

Предлагаю этот свой маленький опыт чтения этого стихотворения, а также - еще один опыт чтения Заболоцкого – музыкой – последнюю часть 10-й (вокальной) симфонии Александра Лазаревича Локшина – замечательного композитора, незаслуженно мало известного и еще реже исполняемого (в свое время я еще скажу о нем и о наветах, до сих пор несправедливо пятнающих его имя, пока же выкладываю заметку о нем из Википедии, в конце которой обратите внимание на сайты – его и Баршая, на первом из которых, по адресу

http://www.lokshin.org/ru.htm

выложены записи, которые скачать вы, конечно, не сможете – пиратский секрет надо знать – но сможете послушать).

В его - всегда чистой (да!) и глубокой – музыке (как и в сочинениях Шостаковича (например – в 4-й или в 14-й симфониях), который (как, впрочем, и М.В.Юдина), не раз называл Локшина гением – а вы знаете хотя бы еще одного современного ему музыканта, о котором Шостакович говорил бы это слово?!) слышны малеровские интонации, но музыка Локшина – никоим образом не вторична, но – самобытна, выношена, если не выстрадана, и всегда – сдержана и деликатна.

Во всем остальном, что я выкладываю на этот раз, вы разберетесь и без меня.

Рене
[attachment=44266:автопортрет_1925.jpg] [attachment=44267:Документ..._1938_г..doc] [attachment=44268:Ефим_Этк...лебников.doc] [attachment=44269:Заболоцкий___Стихи.doc] [attachment=44270:Заболоцк...КЛЮЧЕНИЯ.doc] [attachment=44271:Заболоцк...в___1958.mp3] [attachment=44272:Заболоцк...рав_Рене.jpg] [attachment=44273:Иванов_Р...е_судьбы.doc] [attachment=44274:Иосиф_Бр...болоцком.doc][attachment=44275:Локшин__..._кб__mp3.mp3] [attachment=44276:Лотман__...болоцкий.doc] [attachment=44277:ЛОТМАН_О...ОЛОЦКОГО.doc] [attachment=44278:Мне_жена..._пижаму_.doc] [attachment=44279:Н.ЗАБОЛО...е_беседы.doc] [attachment=44280:Наталия_...БОЛОЦКИЙ.doc] [attachment=44281:Наталья_..._ОБ_ОТЦЕ.doc] [attachment=44282:Николай_...Рене___1.jpg] [attachment=44283:Николай_...Рене___2.jpg] [attachment=44284:Николай_...Рене___3.jpg] [attachment=44285:Николай_...Рене___4.jpg] [attachment=44286:Николай_...ПАСТУХИ_.doc] [attachment=44287:Николай_...НЮЮ_НОЧЬ.doc] [attachment=44288:Об_аресте.doc] [attachment=44289:Седакова...БОЛОЦКОМ.doc] [attachment=44290:СемСр_08...лотского.mp3]
02.05.2012, 21:56
Борис Бим-Бад

Юргис Балтрушайтис

Едва ли у вас на полке стоит томик этого замечательного поэта. И это – неудивительно, поскольку его книги не стоят и на полках магазинов. «Не пользуется спросом». В этом смысле Юргису Балтрушайтису повезло – именно так он всегда и хотел жить, и жил – незаметно, в тени. Прямо по гениальному слову Цветаевой:

А может, лучшая победа
Над временем и тяготеньем -
Пройти, чтоб не оставить следа,
Пройти, чтоб не оставить тени
На стенах...
Может быть - отказом
Взять? Вычеркнуться из зеркал?
Так: Лермонтовым по Кавказу
Прокрасться, не встревожив скал.
А может - лучшая потеха
Перстом Себастиана Баха
Органного не тронуть эха?
Распасться, не оставив праха
На урну...
Может быть - обманом
Взять? Выписаться из широт?
Так: Временем как океаном
Прокрасться, не встревожив вод...

Пару лет назад, правда, появилось факсимильное издание трех книг Балтрушайтиса:
Юргис Балтрушайтис. Земныя ступени. Элегии, песни, поэмы. [М., "Baltrus", "Новое издательство", 2005], 228 стр.
Юргис Балтрушайтис. Горная тропа. Вторая книга стихов. [М., "Baltrus", "Новое издательство", 2005], 184 стр.
Юргис Балтрушайтис. Ступени и тропа. Составитель Ю. Будрайтис. М., "Baltrus", "Новое издательство", 2005, 174 стр.
– издание дорогое и достойное в полиграфическом плане, но, по сути, ничего не добавляющее – ни в текстологическом, ни в литературоведческом отношении - к прежним.

К тому же в рамках этого проекта не издан пока посмертный сборник «Лилия и серп», не говоря уже о литовских стихах поэта.

В этом смысле лучшим - наиболее полным, хотя и ужасным в полиграфическом отношении - изданием остается до сих пор книга 1989 года «Лилия и серп», теперь она выложена в сети и я выкладываю ее для вас.

Анонсирован пятитомник, но чем он будет и когда выйдет – бог весть.

Все о Балтрушайтесе найдете здесь:

http://www.russianresources.lt/archive/Bal...rusaitis_0.html

Лучшей работой о Балтрушайтесе до сих пор остается статья аж 1917 года Вячеслава Ивановича Иванова. Статья – непростая, но начинайте с нее.

Обычно Балтрушайтиса относят к «серебряному веку» и причисляют к «символистам». Но вот что он сам говаривал о них еще в 10-е годы (это относится, правда, к тем «имитаторам», которых Андрей Белый – полагают: несправедливо - называл в своей исповеди 27 года «Почему я стал символистом и никогда не переставал быть им», «обезьянами символизма»). Фамилии опускаю, чтобы не травмировать ваши нежные души.

Вот несколько выдержек из писем Балтрушайтиса к его другу, актеру Дьяконову.

«В Москву и хочется и не хочется,— пишет он из Германии 19 июля 1906 года — боюсь старых и новых нелепостей. Не хотел бы также дать привлечь себя к старинному пусканию мыльных пузырей».

«При виде снега я упорно думаю о тайне небытия, — пишет он тому же адресату 15 октября 1906 года.— Здешние «пророки» воображают при этом белую, непременно женскую грудь. У них все — символ белой женской груди, и даже не груди, а просто грудей, или чего-нибудь еще посокровеннее. Что ж, у всякого дерева свой листочек!»

Или, о том же:

«Думаешь о том, чем должно быть слово человеческое, и становится стыдно за всех этих К., А., Б. и «tutti quanti» (2 февраля 1907)

«Время общественной сатиры — наше время. Эпоха мелкого блуда (в благородном значении этого слова)

Мистические затеи В.И., называет он «мистическим онанизмом, да еще на базарной площади, да еще в день ярмарки ...».

«В людях послемасленичная икота. А Вы, полагаю, знаете, как умеют икать в Москве. Многозначительно, и величаво, с каким-то глубоким смыслом. Икнет иной, хочется шапку снять. Что же «до болтовни еще недавней», то она вся скуплена для Гос. Думы» (10 марта 1907).

«Сознанием своим я как-то совсем один" - заключает он в письме от 11 февраля 1908 года

Воля бьется и рвется, как овца, привязанная к пылающему хлеву. Не могу, как вся моя братия, балансировать со страусовым или павлиньим пером, поставленным на носу».

((теперь, пишет он 20 августа 1910 года))

«спрос - на вашего брата и даже на нашего. — ((...)) Я один отстал, как раненый журавль от стаи. Хотя принимаю это скорее с радостью, чем с грустью. И один я - лучше, и одному мне - лучше».

«От всего, что нынче в мире творится, изменились мои требования к творчеству. Прежде всего - к моему собственному. А там - и ко всякому. И впредь я должен иначе думать о человеке. И - лучше, и - хуже».

Балтрушайтис исполнен прямо-таки миссионерскими настроениями.

«...уже настало время начать новый мир. Потому и все часы остановились, что настало время. И ничто не сдвинется, пока пророк не оперится. Я уже говорил Вам: пришло такое время, когда должна быть объявлена какая-то столь же важная истина, правда нравственная, как: «люби ближнего ...» И это - на множество веков вперед» (25 февраля 1907).

В 1909 году Балтрушайтис с энтузиазмом принял предложение В. Ф. Комиссаржевской создать новую художественную школу, на которую они возлагали особые надежды.

«Началась воистину героическая пора моей жизни» (27 сентября 1909)

Но всем этим планам и надеждам не суждено было сбыться. Комиссаржевская вскоре неожиданно умерла.

Любовное внимание к деталям, но особого рода – вникающее, про-зревающее внимание – вот что такое – в лучших стихах – Балтрушайтис. Внимание, о котором как-то замечательно сказал Андрей Белый:

«Жизненный механизм направляет русло переживаний не туда, куда мы стремимся, отдает нас во власть машин ... Власть мгновений ((ср. «водопад мгновений» у Балтрушайтиса )) — естественный протест против механического строя жизни. Человек, изредка освободившийся, углубляет случайный момент освобождения, устремляя на него все силы души. При таких условиях человек научается все большее и большее видеть в мелочах. Мелочи жизни являются все больше проводниками Вечности. Так реализм неприметно переходит в символизм».

Но не буду больше ничего писать вам про Балтрушайтиса. Просто я его люблю. Еще со студенческих лет, когда и его можно было найти только в «Фундаменталке» университетской библиотеки – кажется, все самое замечательное прочел я впервые в то время в том месте (о, хронотоп моей первой любви! – я имею в виду книги, конечно), в те поздние вечерние часы, когда я там под неодобрительные взгляды библиотекарш сидел, как правило один уже во всем зале «до упора», пока не начинали отбирать книжки и гасить свет.

Скажу только, что мир и впрямь тесен, или как там у нас говорили про «прослойку» в прежние времена. И в книге Татьяны Щедриной о Шпете (ну, да, да – летом вы, конечно же, грибы собирать не будете, а прочтете-таки мою недавнюю рассылку о нем!) можно найти небольшую главку («Шпет и Балтрушайтис: знаки дружбы») о большой и трогательной дружбе этих двух - таких разных, но сумевших разглядеть и полюбить друг друга - удивительных людей.

Главку эту предваряет выразительный эпиграф – «заговорническая» записка Балтрушайтиса Шпету:

«Густав, согласно уговору,
Сегодня в полночь я — с тобой ...
31. XII. 1925
Юргис Балтрушайтис»

Не подумайте только чего. Просто оба они были заядлыми полуночниками (вроде меня, грешного) – «завсегдатаями трех четвертей четвертого», как в дарственной надписи Асееву выразился молодой, тогда еще тоже любивший пополуночничать, Пастернак.

Дружба эта протянулась через годы и десятилетия – через испытания и лихолетье. Вплоть до арестов и ссылки Шпета. Общение между ними не прерывалось и во время длительных разлук. Сохранилась переписка. Балтрушайтис, правда, к тому времени многие годы уже был иностранцем и - не просто подданным другой тогда страны, но - дипломатом – «чрезвычайным послом и полномочным министром» Литвы в Стране советов

Они очень рано поняли друг другу цену. В одном из писем к жене 1912 года Шпет писал:

«Да, а я сегодня получил от Балтрушайтиса его вторую книгу стихов и письмо. Между прочим, он пишет мне свое мнение обо мне... Я боюсь и стыжусь таких оценок... Я знаю, что он пишет то, что думает, но это — неправда, и мне неловко, как будто я его обманываю... Мне вот даже тебе совестно привести его слова полностью... И как-то больно, что вот человек может о тебе это думать, а ты и сотой доли не выполнишь из того, что он от тебя ожидает... Мне ему нужно отвечать, а мне стыдно... Ну, как я ему напишу, если он обо мне так думает...».

Письмо Балтрушайтиса к Шпету, о котором идет речь в этом письме к Наталье Константиновне, также сохранилось в семейном архиве:

«23 июня. Rothabrunnen.

Дорогой Густав — рад твоему письму. Одновременно высылаю тебе "Горную тропу"42. Не послал ее в Москве, потому что в дни выхода книжки я был уже занят сборами в поход и многим не успел распорядиться. Словом, прошу взыскивать не строго.

Л.И. Шестов сообщил мне большую вещь о тебе: он глубоко восхищен твоей работой, — как ее внутренним замыслом, так и формой... Мое наитие, на котором я строю мои мысли о людях, с первой же нашей встречи внушило мне глубочайшую человеческую веру в тебя и героическую надежду на тебя. Я знал, что ты их оправдаешь, и мне так радостно слышать шестовскую хвалу тебе. Аллилуйя! Говорю это твердо и строго, во всей присущей мне наготе. Прошу встать, милостивый Государь: через тебя должно совершиться новое чудо славянского откровения. Только не говори пока об этом никому...».

Примечательно продолжение:

«Сколько ни пей пива, не станешь немцем. Немцы не оттого немцы, что пьют пиво, но пьют пиво потому, что они немцы. Мы же чем больше пьем браги, тем больше становимся славянами...»

В 1930 году, когда Шпет, бывало, с горя попивал, на его день рождения Балтрушайтис написал ему такой стишок:

Нетрезвому Шпету

Одна мне истина ясна:
Блажен приход земного сна
За чарой доброго вина.
Я помню на стезе былой
И я с ней был в час скорби злой,
Как путник в бурю за скалой...
Но та уже иссякла нить
И мой удел той смутой жить,
Чьей горькой доли не запить.

Юргис. Москва, 9 апреля 1930.

В семейном архиве Шпета сохранилось письмо, написанное Шпетом Балтрушайтису из ссылки, за год до гибели.

«Томск

1936 апрель 17. Дорогой, мой милый Юргис,

Твое отношение и твое незабывание меня — величайшая для меня отрада! Как часто я думаю о тебе, как о единственном, кого я встретил на своем пути, и сожалею, что недостаточно приник к той мудрости, которой проникнуто твое отношение к миру. Я знал немало хороших слов, но только теперь начинаю понимать, какие прекрасные скрываются за ними вещи; и я знал много хороших слов, мишурный блеск которых всегда мне был ясен так же, как и ничтожество, прикрываемое ими, но казалось, что от них все равно уйти нельзя и с ними нужно возиться, их нужно перебирать, чтобы среди них не задохнуться.

Высшей силе угодно было преподать мне урок, заставить разбираться в вещах и людях с тем, чтобы каждому найти его действительное, не иллюзорное место. Мне кажется, что урок дан поздновато и всей пользы его назидания я не применю, но кто знает, где поставлены сроки и чем должны быть наполнены времена? <...>

Люблю тебя, почитаю тебя и не хочу расставаться с этой жизнью, не повидав и не расцеловав тебя.

Преданный тебе до последнего конца, твой Густав».

На могиле Балтрушайтиса на кладбище Монруж близ Парижа указана дата смерти: 3.1.1944. Недавно, однако в некоторых западных газетах промелькнуло странное сообщение о том, «что русский поэт-символист Юргис Балтрушайтис, чья смерть в 1944 была мистификацией, принял другое имя и скончался глубоким старцем в одном из католических монастырей Франции». Даже если это и легенда, но то, что возникла она именно вокруг Балтрушайтиса, не случайно.

Рене
[attachment=44019:Scriabin...tis_1913.jpg] [attachment=44018:jurgis_b...lfa_1928.JPG] [attachment=44017:Jurgis_B...в_Рене_2.jpg] [attachment=44016:Jurgis_B...в_Рене_1.jpg] [attachment=44015:Jurgis_B...rusaitis.jpg] [attachment=44014:Jurgis_B...saitis_1.jpg] [attachment=44020:афиша.jpg] [attachment=44021:Балтруша...___Шпету.jpg] [attachment=44022:Балтруша..._справка.doc] [attachment=44023:Балтруша...а_Рериха.doc] [attachment=44024:Балтруша...ые_стихи.doc] [attachment=44025:Бегите_п...юрлёниса.mp3] [attachment=44026:В.Ф._Ход..._Коридор.doc] [attachment=44027:Вячеслав...рушайтис.doc] [attachment=44028:Горная_т...а___1912.jpg] [attachment=44029:Николай_...ис_и_др..doc] [attachment=44030:Чюрлёнис...ез_минор.mp3] [attachment=44031:Чюрлёнис...ль_минор.mp3] [attachment=44032:Ю.И._Айх...рушайтис.doc] [attachment=44033:Юргис_Ба...Я_И_СЕРП.doc]
footer logo © Образ–Центр, 2017. 12+