Личный кабинет
Дневники

27.02.2011, 20:52
Георгий Васильев

НЕ ГОНЯЙТЕСЬ ЗА ТУМАНОМ, ЗА ТУМАНОМ...

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/64416.html

ФОТОРАЗМЫШЛЕНИЕ №11: НЕ ГОНЯЙТЕСЬ ЗА ТУМАНОМ, ЗА ТУМАНОМ...

Иногда очень сильное впечатление оказывает не сам снимок, каким бы художественным и сюжетным он бы ни был, а название снимка, направляющее восприятие зрителя по ассоциативному ряду. Нижний снимок являет именно этот эффект:



Его название «Не стоит бежать за туманом». И сразу вспоминает известная песня барда Юрия Кукина, прославившегося, по сути дела, одной песней, ставшей всенародной, «За туманом...»:


«Понимаешь, это странно, очень странно,
Но такой уж я законченный чудак:
Я гоняюсь за туманом, за туманом,
И с собою мне не справиться никак».


Что же такое туман? И почему за ним гоняется «законченный чудак» Юрий Кукин, а вместе с ним почти все его слушатели, тоже выходит «чудаки» и «законченные»? Ответ дает следующий куплет песни и снимок. Сначала куплет:

«Люди сосланы делами,
Люди едут за деньгами,
Убегают от обиды, от тоски...
А я еду, а я еду за мечтами,
За туманом и за запахом тайги.
А я еду, а я еду за мечтами,
За туманом и за запахом тайги».


Второй куплет песни дает антитезу: деловой человек – романтик, но все же не проясняет суть дела так, как его проясняет снимок, так неслучайно и удачно названный неизвестным автором «Не гоняйтесь за туманом....». Взглядимся же в снимок. Эффект тумана сразу же бросается в глаза: это полное растворение далей, пространства и вместе с тем просто поразительная резкость и очертенность предметов «ближнего круга» - поля зрения. С одной стороны в тумане так же поразительно и резко слышны звуки, а с другой стороны, что просто нереально, явлен противоположный эффект – звуки ощутимо вязнут в тумане, создавая ощущение немоты, сна, пребывания в забвении или, как говорят, «в отключке»:

«Понимаешь, это просто, очень просто
Для того, кто хоть однажды уходил.
Ты представь, что это остро, очень остро:
Горы, солнце, пихты, песни и дожди».


Теперь, благодаря удивительной художественности снимка, можно совершенно точно сказать, что состояние тумана – это пребывание с самим собой, в подсознании. То есть дело-то оказывается не в тумане, а в состоянии обращенности сознания к самому себе. Это творческое состояние, которое, добавлю из своего личного опыта, просто как воздух необходимо каждому человеку, по крайней мере тому, у кого обострено состояние гармонии души.

Приведу свое стихотворение «Вечерний катарсис», не в порядке соперничества с Юрием Кукиным, а для раскрытия темы глубокого и глубочайшего ощущения подсознания. Добавлю, что для этого состояния необходимо пребывание на природе. Так сложилось, что некогда я три года работал за городом (Петербург), в Стрельне, и мне приходилось ездить до конечной остановки трамвая и далее идти живописными местами к заливу. Тогда и было написано стихотворение:


«Подступает глухое молчанье,
Тишина нагнетает тоску.
Всюду тени, как древних преданья,
Словно я на другом берегу.

Где-то солнце зашло и не слышно,
Где-то ветер утих навсегда,
Тихо движутся - пальцами - листья,
Что-то шепчут сквозь сон провода.

Всё - одно обострённое зренье,
Всё - один обратившийся слух,
Где-то движется тихо прозренье,
Где-то сердца проснувшийся стук.

Я не помню, я будто в тумане,
Был я - не был на этой земле?
Тихо движутся в сумраке зданья -
Мироздания нету во мгле.

Где природа, где солнце, где ветер?
Где мятежные тени предков?
Предо мною клубящийся вечер
Опускает туман облаков.

Шаг спокоен, неспешен, негромок.
Звука нет - вязнет всё в тишине.
Где-то я заблудился, потомок
Этих предков явившихся мне?»


Выскажу две вещи: туман не вне, туман в нас самих, ибо мы – дети не столько человеческого общества, а сколько дети природы. Но туман или состояние природы, в том числе и туман, помогают нам пробудить природу в нас самих, помолчать, услышать самих себя, то есть настроиться на волну природы. Не зря же тонкий лирик и самый неземной поэт русской поэзии Александр Блок однажды сказал:

«Случайно на ноже карманном,
Найди пылинку дальних стран,
И снова мир предстанет странным,
Закутанным в седой туман...»
(цитирую по памяти).

Не потому ли так действует на нас этот, на редкость удачный снимок, что пробуждает глубоко личное, потаенное, скрытое и творческое. А всего-то на снимке ничего: озеро, дальние берега, сокрытые туманом, мостки, глубокая осень, тишина, молчание, безлюдье. Но главное это, конечно, состояние – состояние глубокой отрешенности, пребывания с самим собой:

«И пусть полным-полно набиты
Мне в дорогу чемоданы:
Память, грусть, невозвращенные долги...
А я еду, а я еду за туманом,
За мечтами и за запахом тайги.
А я еду, а я еду за туманом,
За мечтами и за запахом тайги».


Как ни странно, название снимка не противоречит словам песни Юрия Кукина, а дополняет: не гоняйтесь за туманом. А услышьте его!.. Побудьте с собой наедине. Может быть именно поэтому автор снимка не указал своего имени, ибо автор – сама природа и Его Величество Туман.

Приложение: фото барда Юрия Кукина

[attachment=27356:Kukin.jpg]

Прослушать песню в исполнении автора Юрия Кукина можно здесь:
http://blogs.privet.ru/community/la_shanson/90241418

В исполнении певца Владимира Макарова можно здесь:
http://blogs.privet.ru/community/retroclub/41237338

Адрес фото «Не надо бежать за туманом», автор не указан.
http://www.photosight.ru/photos/3967042/
Адрес фото Юрия Кукина
http://netlab.e2k.ru/forum/index.php?act=P...ter&t=57742



22.02.2011, 21:47
Георгий Васильев

ТАЙНА ВЕЧЕРНЕГО ПЕЙЗАЖА

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/66886.html

ФОТОРАЗМЫШЛЕНИЕ №13: ТАЙНА ВЕЧЕРНЕГО ПЕЙЗАЖА



Я не являюсь сельским жителем, но эта фотография вечерней природы полна для меня странной и притягательной силы. Чем больше я в нее всматриваюсь, тем сильнее ее очарование или, вернее, настроение вечернего пейзажа захватывает душу. В конце концов, я понял ее загадку – это тайна реальности. Ведь где-то есть это озеро, эта деревня, широко раскинувшаяся по его берегам крепкими рублеными домами, эти тихие вечера и вечерний закат, наполняющий душу тихим немым благоговением:

«Утиные дворики
Именем странным
Здесь очарована тихая весь.
Утиные дворики,
Там, за курганом,
Еще и Гусиные кажется есть».


Дело даже не в том, что куст на переднем плане покрыт снегом, так напоминающим выводок белоснежных утят, которые, быть может, вызвали ассоциацию со строчками стихотворения поэта, кажется, Анатолия Жигулина. Дело в легкой грусти, очаровании, тишине и душевном покое, гармонии природы и деревни – этой чисто русской реальности. Дело в нашей русской душе! Именно поэтому здесь, именно в такой местности и нигде больше могли родиться идущие из души слова стихотворения-молитвы поэта Николая Рубцова:

«До конца,
До тихого креста
Пусть душа
Останется чиста!
Перед этой
Желтой, захолустной
Стороной березовой
Моей,
Перед жнивой
Пасмурной и грустной
В дни осенних
Горестных дождей,
Перед этим
Строгим сельсоветом,
Перед этим
Стадом у моста,
Перед всем
Старинным белым светом
Я клянусь:
Душа моя чиста.
Пусть она
Останется чиста
До конца,
До смертного креста!»


Не случайны слова Рубцова: «Перед жнивой пасмурной и грустной в дни осенних горестных дождей...». Русская грусть! Она так органична, так естественна, что многие и многие стихи русских поэтов, но не всех, а тех, кто глубоко чувствует русскую природу и народную душу, можно легко вплетать в повествование, нисколько не нарушая и не разрушая общую созвучность и тональность:

«Поздняя осень, грачи улетели,
Лес обнажился, поля опустели,
Только не сжата полоска одна,
Грустную думу наводит она».


Эти знакомые со школьных лет хрестоматийные строчки Николая Некрасова, легко и созвучно перекликаются со стихами Анатолия Жигулина и Николая Рубцова, потому что это истинно русские стихи и все вместе они так ясно и легко раскрывают суть запечатленного на фотографии вечернего пейзажа. Русского пейзажа! А на прощание снова строчки из всё того же стихотворения Анатолия Жигулина:

«Утиные Дворики — это деревня.
Одиннадцать мокрых соломенных крыш.
Утиные Дворики — это деревья,
Полынная горечь и желтый камыш...


Корявые вербы качают руками.
Шуршит под копной одинокая мышь,
И медленно тают в белесом тумане
Одиннадцать мокрых
Соломенных крыш».


До конца, до смертного креста, пусть душа останется чиста!..



Адрес фото
http://www.photosight.ru/photos/3987451/?from_member Автор Г@РМОНИЯ Х@ОСА http://www.photosight.ru/users/233629/

Добавление: Привожу ответ автора фотографии (под ником "Гармония хаоса"), которого я спросил, не возражает ли он против публикации его фотографии: «Г@РМОНИЯ Х@ОСА 08.11.2010 - 15:02:09 Нет, конечно, тем более, что это и есть родина Рубцова (точнее - совсем неподалёку, около ста километров)». Так что мне, действительно, удалось разгадать тайну вечернего пейзажа и его действительную русскость.
19.02.2011, 17:41
Георгий Васильев

ПОРТРЕТ ЖЕНЩИНЫ

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/55412.html


Фоторазмышление №5: ПОРТРЕТ ЖЕНЩИНЫ



Этот портрет молодой, но зрелой женщины таит в себе необъяснимую загадку. Настолько необъяснимую и скрытую, что я даже собирался расписаться в собственной неудаче и поискать другую фотографию, более понятную и зримую. Но на помощь, как всегда, пришла поэзия, которая с помощью трудноуловимых ассоциаций помогает понять то, что понять казалось бы невозможно.

Первоначально мне вспомнилось пушкинское обращение к молодой жене Натали – «Душа моя!». Действительно, налицо обаяние молодой красивой женщины, где внешний облик выражает внутреннюю суть – женскую душу: живую, загадочную, непредсказуемую и даже требовательную, ибо фотограф участвует в этом диалоге со своей моделью. Это ведь не просто фотография женской души – это фотография контакта, общения, безмолвного диалога. Фотография удачна именно тем, что выхватила из жизни то, что невозможно выхватить: момент жизни:


Любите живопись, поэты
Лишь ей единственной дано
Души изменчивой приметы
Переносить на полотно...»


Как выясняется, не только живописи, но и художественной фотографии дано сохранить «души изменчивой приметы». Но именно здесь нас подстерегает неожиданная загадка: запечатленная душа непроницаема и скрыта от прочтения и даже отталкивает любого, кто осмелится приподнять хотя бы краешек ее тайны.

Чем больше вглядываешься в фотографию, тем больше она заволакивается туманом непроницаемости, а первоначальное впечатление обаяния сменяется впечатлением отторжения, отрицания, активной защиты от дальнейшего контакта, от проникновения вовнутрь, прикосновения к интимному, скрытому от всех и даже от самой себя.

«Тайна тайн затаена...». Эта неожиданно вспомнившаяся строчка поэта Валерия Брюсова заставила вспомнить, что именно Брюсов написал два стихотворения, посвященных тайне женского портрета. Первое, «Женский портрет», было им написано в 1913 году, а второе – «Портрет женщины», не включавшееся им в сборники, в 1924, уже на исходе жизни и творчества.

Казалось бы, какое отношение имеют старые стихи поэта, жившего и творившего в начале прошлого века, к конкретному сиюминутному и даже живому фотоизображению нашей современницы? Но как выяснилось, именно стихи Брюсова послужили ключом к разгадке тайны женственности. Вот первое:


ЖЕНСКИЙ ПОРТРЕТ

Что я могу припомнить? Ясность глаз
И детский облик, ласково-понурый,
Когда сидит она, в вечерний час,
За ворохом шуршащей корректуры.

Есть что-то строгое в ее глазах,
Что никогда расспросов не позволит,
Но, может быть, суровость эта - страх,
Что кто-нибудь к признаньям приневолит.

Она смеяться может, как дитя,
Но тотчас поглядит лицом беглянки,
Застигнутой погоней; миг спустя
Она опять бесстрастно правит гранки.

И, что-то важное, святое скрыв
На самом дне души, как некий идол,
Она - как лань пуглива, чтоб порыв
Случайный тайны дорогой не выдал.

И вот сегодня - ясность этих глаз
Мне помнится; да маленькой фигуры
Мне виден образ; да в вечерний час,
Мне слышен ровный шелест корректуры...


Как много общего: «ясность глаз», «строгое в ее глазах» и даже «детский облик», деталь нами упущенная при первом впечатлении. А вот эта строфа прямо о нашей незнакомке:

«И, что-то важное, святое скрыв
На самом дне души, как некий идол,
Она - как лань пуглива, чтоб порыв
Случайный тайны дорогой не выдал».


Удивительно! Прошли годы и годы, а поэты, художники и фотографы решают всё одну и ту же загадку, всё одну и ту же тайну – «тайна тайн затаена». Именно об этом, о ней, о тайне, следующее стихотворение поэта:

ПОРТРЕТ ЖЕНЩИНЫ

Он в старой раме, с блеклыми тонами,
В губах усмешка, взгляд лукав и строг,
И кажется, везде следит за нами,
Чуть в комнату вступаешь на порог.

Прическа старомодна, но в сверканьи
Зрачков — не тайна ль тайн затаена?
Чем пристальней глядишь на их мельканье,
Тем явственней, что говорит она:

«Нет, только нас поистине любили,
И дать любовь умеем только мы.
Пришла весна, и землю зазнобили
Холодные предвестники зимы.

Вы не любви, вы ищете победы,
Мужскую робость шумом слов прикрыв.
Каким презреньем встретили бы деды
Всю вашу страсть, весь жалкий ваш порыв!»


Вторая строфа брюсовского стихотворения:

«Прическа старомодна, но в сверканьи
Зрачков — не тайна ль тайн затаена?
Чем пристальней глядишь на их мельканье,
Тем явственней, что говорит она...»


прямо о нашей незнакомке на фотографии, где фотограф мастерски уловив доминанту фотопортрета, сфокусировал резкость на глазах молодой женщины, выявив даже симпатичные веснушки на лице, но уже подбородок и открытая шея начинают постепенно терять свои очертания, растворяя, как на брюсовском портрете, телесное и второстепенное в бренности мира! Вечны глаза и взгляд молодой женщины!

«Вы не любви, вы ищете победы,
Мужскую робость шумом слов прикрыв.
Каким презреньем встретили бы деды
Всю вашу страсть, весь жалкий ваш порыв!»


Женщины любят фотографироваться, но фотограф для них, прежде всего, мужчина и любой женщине всегда важно личное отношение к ней: любит – не любит. Именно в этом разгадка тайны молодой женщины на фотографии, ее холодка и настороженности. Тайна тайн – любовь!

А фотограф, видимо, настолько увлекся фотографией, ее исполнением, выразительной «натурой», что забыл о главном: о любви! Чем удачнее фотография, чем блестяще поймано мгновение вечности, чем красивее «натура», чем больше фотография вызывает восхищение мастеров и знатоков фотоискусства, тем беспощаднее и холоднее женщина. В этом ее природа и в этом ее мудрость! Все преходяще: фотография, картина, стихотворение, но вечна любовь! В этом самая главная тайна портрета молодой женщины и противоречие нашего профессионального времени: мы забыли о любви! Забыли о вечности!..
Тайна тайн затаена...



Адрес фото http://www.photosight.ru/photos/3898925/
17.02.2011, 23:57
Георгий Васильев

УКРОМНЫЙ КРАЙ ПРИРОДЫ

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/54101.html

ФОТОРАЗМЫШЛЕНИЕ №4: УКРОМНЫЙ КРАЙ ПРИРОДЫ



Удивительно устроена человеческая память. При взгляде на этот красивый и музыкальный закат в духе картин Чюрлёниса, мне вспоминается не Сергей Есенин с его строчками о березе:

Зеленая прическа,
Девическая грудь.
О тонкая березка,
Что загляделась в пруд?

Что шепчет тебе ветер?
О чем звенит песок?
Иль хочешь в косы-ветви
Ты лунный гребешок?»

Что было бы естественно, ибо одинокая береза на переднем плане, как девушка, подставляет свои косы-ветви под вечерний свет заката? Но оказывается, что не она является доминантой фотографии и даже не «царственный закат» на великой русской реке Волге. Понять это мне помогло стихотворение Николая Рубцова об иве. Вот оно:

«Зачем ты ива вырастаешь,
Над судоходною рекой.
И волны мутные ласкаешь
Как будто нужен им покой.

Преград не зная, и обходов
Бездумно жизнь твою губя,
От проходящих пароходов
Несутся волны на тебя.

А есть укромный край природы,
Где под церковною горой,
В тени мерцающие воды
С твоей ласкаются сестрой».
(Цитирую по памяти)

Третья строфа стихотворения Николая Рубцова дает ответ на загадку о тайне пейзажа. «Укромный край природы», гармония заката, тишина и главное – человек, присутствие которого не обозначено на фотографии, но который, в конечном счете выхватил это мгновение жизни, эту красоту и тайну природы на фото и поделился своим открытием с людьми.

Мы, современные урбанизированные люди, уже другие, чем люди, которые выросли на природе в деревне. Именно это скрытое содержание обозначил в своем стихотворении Рубцов: «судоходная река», «мутные волны», «пароходы», «бездумно жизнь свою губя» и как антитеза суматошной городской жизни воспоминание – да именно воспоминание об «укромное крае природы». То есть не фото, не красота местности, но воспоминание об утраченном, о красоте природы, где так к месту оказывается нереальная музыка заката. Этому воспоминанию способствует даже высота взгляда и нарушение пропорции: береза стоит на высоте, косогоре, река далеко внизу и их соединяет теплотой чувства, далекий отсвет заката.

Фотография называется «Закат на Волге», но мне вспоминается, опять же по ассоциации, те пространства над водной гладью, которые я видел с горы Пикет, находящейся на Алтае в деревне Сростки, родине моего земляка Василия Макаровича Шукшина. Сростки, названы по местности, ибо здесь река Катунь сливается в единую реку и рядом соединяется с Бией, образуя знаменитую сибирскую реку Обь.

Это ведь природа и ее красота родила художника слова, писателя и режиссера Василия Шукшина, который любил любоваться этими просторами, этим полетом взора и мысли над водной гладью и наслаждаться зримой музыкой заката. Вспоминается рассказ матери Васи, как вечером она звала его к ужину, негромко, говоря в сторону горы «Васё-ё!». И Вася прибегал – простой деревенский паренек, наполненный красотой русской природы, ее пространствами, далями, закатами. И хорошо Шукшин сказал в «Слове о малой Родине»:

«И какая-то огромная мощь чудится мне там, на родине, какая-то животворная сила, которой надо коснуться, чтобы обрести утраченный напор в крови. Видно, та жизнеспособность, та стойкость духа, какую принесли туда наши предки, живет там с людьми и поныне, и не зря верится, что родной воздух, родная речь, песня, знакомая с детства, ласковое слово матери врачуют душу».

Теперь, после всего сказанного и подытоженного, нетрудно понять, почему так воздействует на нас эта фотография «Заката на Волге». У каждого русского человека есть это воспоминание об «укромном крае природы». И потому я с удовольствием вновь вспомню эти заключительные строчки стихотворения удивительно русского поэта Николая Рубцова, который вспоминал не сибирскую Катунь, не раздольную Волгу, а свою какую-нибудь северную реку – Двину, Вытегру или Сухону, края, которыe он исходил вдоль и поперек:

«А есть укромный край природы,
Где под церковною горой,
В тени мерцающие воды
С твоей ласкаются сестрой».

Без русской природы нет русской души! Именно об нам напомнила фотография под названием «Закат на Волге», где широко и привольно царит над пространством береза – символ русской природы и России!


Адрес фото http://www.photosight.ru/photos/3891941/
15.02.2011, 23:16
Георгий Васильев

СЮРРЕАЛИЗМ ИСААКИЯ

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/52481.html

Фоторазмышление №3: СЮРРЕАЛИЗМ ИСААКИЯ



Это чудо Исаакиевской площади вечером, увиденное фотохудожником, у меня ассоциировалось со стихотворением Ивана Бунина:

Просыпаюсь в полумраке.
В занесенное окно
Смуглый золотом Исакий!
Смотрит дивно и темно.

Нет «занесенного окна», но есть «полумрак», а главное, «смуглый золотом Исакий»! Гениальная зоркость двух художников – писателя и современного фотографа! Оба они угодили в одну и ту же точку – «дивно и темно!». Именно полумрак, дивное сочетание света и тени создали сюрреалистическую картину этого кусочка Исаакиевской площади, образовав какой-то размеренный и сильный, восходящий к небу органный гимн во славу эпохи барокко!

Доминанта «дивной картины», безусловно, Исаакий, хотя конный памятник императору «всея Руси» являет мощь золота и силы империи, где затененная фигура всадника на коне кажется каким-то призраком – вроде знаменитой тени отца Гамлета, неумолимо движущейся из картины куда-то в небытие или вечность. Странное впечатление! С одной стороны мощь и сила, золото и величавость, а с другой нереальность впечатления, сюрреализм. Исаакий как в бунинском сне, вдруг наплывший громадой своей к самому окну комнаты. Смешение пространства, времени и реальности сюрреализма, когда все смешалось в едином нереальном образе, надавив всей тяжестью впечатления и силы его воздействия на подсознание:

«Но тяжки грани их, часы полуночные
Когда не властен свет и расточилась мгла...»

Эти неожиданно вспомнившиеся слова из стихотворения поэта Валерия Брюсова вдруг напомнили, что мы имеем дело с Петербургом. И этот сюр – сюрреализм Петербурга, города снов и туманов.

Нереальность снимка, да снимок ли это, скорее сон, вдруг запечатленный на фотографии, подчеркивается безлюдностью фотографии, ярким, слишком ярким!, светом фонарей, и даже конфликтом – противоречием Исаакия с его прямыми и стройными серо-малахитовыми линиями и округлостью и золотом памятника императору.

И во всей этой картине, откуда, разом со всех сторон, невидимый органист сильно и мощно играет Баха, неумолимо восходя вверх, к небу, к утренней заре, которая придет на смену ночи и развеет этот сон петербургской ночи, это чудо, этот сюрреализм Исаакия!
А впечатление от сна останется! И запомнится. Надолго. Навсегда.



Адрес фото http://www.photosight.ru/photos/3891707/
13.02.2011, 22:09
Георгий Васильев

ПЕТРОВСКАЯ ПЕРШПЕКТИВА

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/51305.html

Фоторазмышление №2: ПЕТРОВСКАЯ ПЕРШПЕКТИВА



Эта удивительно красивая фотография, названная фотохудожником «Перспектива» на самом деле, по моему скромному мнению, называется «Петровская першпектива». Именно так, как именовали это художественное понятие во времена Петра Великого и поэта Александра Пушкина.

"Причем здесь Пушкин?" - спросите Вы. А притом, что я не знаю фотографии более выразительно и художественно иллюстрирующей знаменитые слова поэта из вступления к поэме «Медный всадник». Помните?

«Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой ее гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный...»

Нигде, как в этой фотографии, не перекликается музыка пушкинских строчек с зримым выражением архитектуры как застывшей музыки. Перспектива стройных зданий не просто озвучивает гармонию музыкальных симфоний, но и сама звучит как музыка, чему способствует перекличка зданий со своими изображениями в «державном течении Невы».

Светлый гений Пушкина блистательно выразил не только тему Петербурга, Медного Всадника и удивительной красоты Невы, но и выявил суть невской першпективы: от Петербурга к России! Именно об говорит поэт в заключительных строках вступления к поэме:

«Красуйся, град Петров, и стой
Неколебимо, как Россия,
Да умирится же с тобой
И побежденная стихия...»




Невская першпектива первого снимка выводит на простор Невы и России! И здесь снова звучит гениальное и пророческое:

Вражду и плен старинный свой
Пусть волны финские забудут
И тщетной злобою не будут
Тревожить вечный сон Петра!»

Питерские фотохудожники, сделавшие эти два великолепных снимка, не задумывались о перекличке с Петром Великим и поэтом Александром Пушкиным, они просто запечатлели красоту Петербурга. Но замысел Петра Великого и раскрытие «невской першпективы» в судьбе России в поэме Александра Пушкина показали связь истории и сегодняшнего дня!

«Красота спасет мир!» - эти слова писателя Федора Михайловича Достоевского, сложенные им в уста князя Мышкина, родились именно здесь, в городе, носящем имя Петра. Великий город – великая страна – великая судьба!..
«КРАСУЙСЯ, ГРАД ПЕТРОВ, И СТОЙ НЕКОЛЕБИМО, КАК РОССИЯ!!!»


Адрес фото: «Перспектива» http://www.photosight.ru/photos/3883197/ «Невский простор»
13.02.2011, 21:45
Георгий Васильев

Северная Венеция

К.Черепанов
http://kcherepanov.livejournal.com/50998.html

Рождение рубрики:
ФОТОРАЗМЫШЛЕНИЕ №1: СЕВЕРНАЯ ВЕНЕЦИЯ

Сегодня открываю новую рубрику, о которой, честно говоря, давно мечтал. Я реализовал поэтическую сторону своей натуры, хотя и непроизвольно, ибо не собирался писать стихи, пока они не вырвались сами и не легли строчками на бумагу. Я не собирался быть философом, пока неожиданно, разрабатывая основы авторского курса способности суждения, не понял, что открыл по сути дела русскую идею. Но поэзия и философия – это две крайности и потому душа видимо требовала соединения красоты с мыслью – голоса души, восхищенной красотой и умудренной опытом жизни. Так родился новый жанр: соединение поэзии и философии – фоторазмышление.

Для меня этот жанр не новый, ибо я ранее практиковал лирические подписи под фотографиями в газетах, где я работал и даже в самой первой в своей жизни книге – «Прогулка по Санкт-Петербургу» (написанной в соавторстве), где целый ряд лирических фотографий дополнен лирическими подписями и цитатами из стихотворений.

В чем суть фоторазмышления? Поэзия позволяет увидеть, схватить суть фотографии, быстротекущей и мимолетной жизни, а философия – обобщить момент, увидеть за мимолетностью, тенью жизни, ее мигом, момент связи мгновения с жизнью в целом. А главное – это авторский голос души: Вы можете видеть о чем говорит автор и даже увидеть его глазами красоту, и можете понять смысл философского обобщения, даже порой не соглашаясь с философом.




Эту фотографию под названием «Гранд канал» я назвал по-своему «Северная Венеция», хотя перекличка гранд-канала с Венецией настоящей очевидна. Это Петербург, город в котором я живу, но для меня он на этой фотографии не совсем узнаваем.

Причина проста – освещенная сторона канала выглядит разнообразно и пестро, красочно, совсем не по-петербургски. Эту фотографию ругали за красочность и яркость красок, советовали убрать яркость и затенить краски, не видя очевидного, что перед нами настоящая Северная Венеция с карнавалом жизни и праздника.

Но сторона теневая, затененная, как раз наоборот, возвращает нас в город Достоевского, напоминая о существовании Сенного рынка и затененных улиц с домами-колодцами.

Два города-призрака – дневной и ночной, солнечный и вечерний, и какой из них настоящий. Но как ни странно есть город третий – Петербург белых ночей, сказки созданной людьми, когда свет и тьма слились воедино, породив классическое присущее только Петербургу чудо – белые ночи в Санкт-Петербурге! Главное богатство Петербурга люди, которые здесь жили и творили: от зодчих до рабочих его многочисленных заводов.

Именно здесь вспоминаешь классические, по- пушкински чеканные строки Самуила Маршака:
«Давно стихами говорит Нева,
Страницей Гоголя ложится Невский,
Весь Летний сад - "Онегина" глава,
О Блоке вспоминают Острова,
А по Разъезжей бродит Достоевский...»

Если Венеция настоящая выглядит каким-то немыслимым экзотическим чудом, сочетанием камня и воды, то наша Северная Венеция напоминает не об экзотике, а о рукотворности своего чуда. Когда питерцы и многочисленные гости в белые ночи гуляют по его каналам и рекам, восхищаясь красотой разведенных мостов, они восхищаются именно рукотворной красотой. Ибо Петербург весь есть создание людей, от дерзкой мысли Петра Великого и величия Медного Всадника, сотворенного благодарной женской душой Екатерины II до славы города трех революций, оказавших влияние на ход мировой истории. Одним словом, сказка, сотворенная людьми.

Вот о чем напомнила мне фотография гранд-канала, а точнее Северной Венеции.


Адрес фото http://www.photosight.ru/photos/3883853/
footer logo © Образ–Центр, 2017. 12+