Личный кабинет
Дневники

Набрел на авторскую программу по стереометрии, совсем свеженькую, которая начинается так: "Большая трудность ожидает педагога, когда в 10 класс к нему приходят учащиеся, не изучавшие черчение. Именно это подвигло меня на пересмотр организации преподавания начал стереометрии.
Метод свой я назвала «блочным», т.к. материал даётся крупными блоками. Уроки геометрии в 10-м и в 11-м классе провожу сдвоенными, т.к. сдвоенный урок даёт больше простора для варьирования работы педагога.
Но первые уроки необходимо посвятить именно приёмам построения изображения пространственных фигур.
Необходимо показать строение геометрии (понятия: простейшие фигуры, определения, аксиомы, теоремы). При этом ,конечно, установить связь пространственной и плоской геометрии. Именно к простейшим фигурам (которые принимаются без определения) плоской геометрии (точка, прямая) добавляется ещё одна: плоскость...."

Ни слова об областях практики, в которых применяется стереометрия. Ни слова о жизненных задачах, ради разрешения коих и разработана людьми стереометрия. Вопрос, а зачем стереометрия, даже не ставится. Изучай, десятиклассник, стереометрию потому, что ее нужно изучать.

Между тем, вопрос, зачем, возникает в головах школьников разного возраста. Об этом хорошо написала в своем блоге учитеьлница математики. "Разумеется, периодически приходится слышать возмущенные фразы вроде «Да зачем вообще нужна эта алгебра?!»

И вот этот вопрос меня ставит в тупик. Отвечать что-нибудь вроде «Не задавай глупых вопросов, давай-ка решай вот это и вот то» не хочется. Врать, что без математики ну просто никуда — тоже. Пригодится для поступления в вуз? Так они не собираются в технические вузы (некоторые, судя по общей успеваемости — и вообще в вузы). Те, кто попадает ко мне на занятия, как правило, не имеют особых увлечений. Телевизор, глянцевые журналы, гулянки — это само собой, конечно. Но такого, чтобы эти математические троечники и троечницы интересовались историей, языком, литературой, не бывает. В этом случае можно было бы хотя бы сказать: «Да я понимаю, что тебе интереснее гуманитарные предметы. Но математику все равно учить надо, давай готовиться, чтобы не портить аттестат». Впрочем, это тоже унылый ответ, ибо провоцирует на очередное «А зачем надо-то?»

Вспоминаю себя в школе. Я училась хорошо, и вопросов «Зачем все это нужно?» у меня почти не возникало. Что-то было интересно и делалось с удовольствием, что-то не нравилось, но учила, «потому что надо». Может быть, сказывается еще советское детство. Математика и прочие технические предметы пригодились для вуза (основное образование у меня — инженер, второе — переводчик, работаю техническим переводчиком в результате). И все же, для чего мне это все нужно в жизни? Просто лучше соображаю? Для общего образования? Я ничуть не жалею о полученном образовании, но не вспоминается чего-то такого, чем можно было бы привлечь глупенькую школьницу. Пока ничего лучшего, чем «Математика — это гимнастика для ума», не придумывается. А очень хочется не просто вбивать знания в голову, а заинтересовать человека.

Как объяснить девочке-подростку, зачем ей забивают голову всякими уравнениями, функциями и корнями?

Ответы вроде «мне вот математика не пригодилась ни разу, не понимаю, зачем парят детей», возможно, интересны, но мало полезны.

Практическое применение математики может мотивировать ее изучать. Но не обязательно. Чем сложнее изучаемые темы — тем труднее привести не высосанные из пальца примеры практического применения. А высосанные могут вызвать не заинтересованность, а отвращение."

А зачем литература позапрошлого века? Зачем история древнего Рима? И т. д.

Что вы думаете о привязывании учебных предметов к интересам школьников, дорогие коллеги?
25.01.2011, 02:54
Борис Бим-Бад

В США не любят учителей?

Психология кризиса
24.01.2011

Александр Генис, Борис Парамонов

Борис Парамонов: Одна из острейших тем сегодняшних политических противостояний в США – это вопрос о так называемом Большом правительстве. Американцы не любят правительства, забирающего в свое распоряжение всё большие и большие доли национального богатства. Понятно, что деньги в руках правительства – это налоговые поступления, взимаемые с граждан. И налоги растут, потому что растут правительственные расходы на всякого рода общегосударственные и штатные программы. Отнюдь не только военные программы имеются в виду. Вся широчайшая сеть инфраструктуры в руках правительственных органов – центральных (федеральных, как говорят в Америке) и штатных. Скажем, мосты и дороги, содержание полиции и пожарной охраны, да мало ли чего еще. И среди этих совершенно неизбежных расходов едва ли не громаднейший – на народное образование, главным образом на содержание учителей общественных (публичных, как говорят в Америке) школ.
И тут еще одна деталь оказывается важнейшей и болезненнейшей. Учителя в Соединенных Штатах объединены в мощные профсоюзы, которые и ведут переговоры с нанимающими их государственными органами.

Александр Генис: Учительский союз в Америке – действительно, притча во языцех. Его ненавидят чуть ли не все – за исключением учителей, конечно.

Борис Парамонов: Понятно, почему. Средняя годовая зарплата учителя в США – 66 тысяч с половиной. Это неплохая зарплата, но это еще далеко не всё. У них есть еще одно редчайшее преимущество - их почти невозможно уволить.

Александр Генис: Много раз создавались всякого рода оценочные системы для квалификации учителей и решения на этой основе вопроса о допустимости их к работе. Но это, скажу, как бывший учитель, чрезвычайно сложная проблема. От среды – семьи и улицы – успех зависит неизмеримо больше, чем от учителя. Я это на себе испытал, когда после университета работал в школе ссыльного поселка в Вангажи, возле Риги. Могу вас уверить, что оценки учеников редко бывают оценкой учителя.

Борис Парамонов: Может и так, но, как замечают критики, в число критериев оценки меньше всего учитывается успеваемость их подопечных – школьников. Учителя могут отстранить от работы в случае какого-нибудь громкого скандала – но и то не до конца: вопрос о его (или ее) трудоустройстве может обсуждаться годами, и в это время он (или она) продолжают получать свою зарплату. Таких случаев сколько угодно. Я запомнил два. Один сравнительно давний, лет десять назад: обнаружилось, что учительница математики младших классов по вечерам работает официанткой в гэй-баре, причем, согласно условиям найма, должна находиться на работе обнаженной. Второй случай – совсем недавний, еще не кончился: выяснилось, что учительница рисования – бывшая проститутка, только недавно перешедшая на ниву народного образования.

Александр Генис: Вряд ли соблазнительные учительницы – главная угроза народному образованию. Это все - курьезы, развлекающие читателей желтой прессы.

Борис Парамонов: Конечно: твое то, что ты заработал своими руками или головой, а не то, что прошло то или иное распределение в порядке внеличностной инициативы. Отсюда глубокое недоверие к профсоюзам, столь всесильным в Европе. В США охвачено профсоюзами менее 15 процентов рабочей силы. Там, где профсоюзы достаточно сильны, они выступают чем-то вроде мафии. Особенно это относится к объединениям портовых рабочих и больше всего к водителям-дальнобойщикам, так называемым "тимстерам". Но это - особая публика, отнюдь не герои средних американцев, не любящих ни профсоюзных боссов, ни государственных чиновников, тянущих руки к их карману.
07.12.2010, 20:55
Борис Бим-Бад

Некоторые говорят не как пишут

Как оценивать учащихся, нацеленных на устный экзамен? Аудиалы говорят лучше, чем пишут...
07.12.2010, 20:46
Борис Бим-Бад

Откуда нам знать?

Не во всех методических письмах даются рекомендации по учебной литературе, а это является одним из важных критериев предэкзаменационной подготовки. Откуда мы должны знать, как именно готовить, чтобы результаты были "те"?
07.12.2010, 20:41
Борис Бим-Бад

Как найти?

Как реально, не нарушая требований программы, найти 10-12 часов для предэкзаменационного повторения?

Будет ли внеурочная подготовка к ГИА и ЕГЭ (и повторение программы) - нарушением норм?
footer logo © Образ–Центр, 2020. 12+