Личный кабинет
Дневники

13.12.2013, 20:07
Георгий Халзагаров

ФГОСы для коррекционных школ

Ответы на ваши вопросы Заместителя директора Департамента государственной политики в сфере общего образования МОН РФ – Павла Аркадьевича Сергоманова.
Здравствуйте, все сейчас обсуждаем новый закон об образовании, так называемые ФГОС. Всё хорошо и понятно для массовых школ, а для коррекционных школ, что самим разрабатывать стандарты? Или брать за основу стандарты начальной школы, но специфика преподавания да и уровень развития детей совершенно отличен. Может стоит и о коррекционных школах подумать, а сейчас ещё и спецклассы открывают со сложной структурой дефекта?

Содержание общего образования определяется основной образовательной программой школы, которая разрабатывается школой самостоятельно на основе требований федеральных государственных образовательных стандартов (далее – ФГОС) и с учётом примерной основной образовательной программы (статьи 12, 28 Федерального закона 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон)).

Особенности организации образовательной деятельности для детей
с ограниченными возможностями здоровья отражены в Порядке организации и осуществления образовательной деятельности по основным общеобразовательным программам - образовательным программам начального общего, основного общего и среднего общего образования, утверждённом приказом Минобрнауки России
от 30 августа 2013 г. № 1015.

В частности, содержание общего образования и условия организации обучения учащихся с ограниченными возможностями здоровья определяются адаптированной образовательной программой, а для инвалидов также в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида (пункт 21 Порядка, пункт 28 статьи 2 Федерального закона).

Для получения без дискриминации качественного образования лицами с ограниченными возможностями здоровья, создаются необходимые условия для коррекции нарушений развития и социальной адаптации, оказания ранней коррекционной помощи на основе специальных педагогических подходов и наиболее подходящих для этих лиц языков, методов и способов общения;условия, в максимальной степени способствующие получению образования (пункт 24 Порядка).

Согласно ФГОС общего образования в структуру основной образовательной программы школы включены обязательные образовательные программы, ориентированные на достижение личностных, предметных и метапредметных результатов, в числе которых программа коррекционной работы (далее - Программа). Данная Программа должна быть направлена на обеспечение коррекции недостатков в физическом и (или) психическом развитии детей с ограниченными возможностями здоровья и оказание помощи детям этой категории в освоении основной образовательной программы общего образования.

Программа должна обеспечивать:

выявление особых образовательных потребностей детей с ограниченными возможностями здоровья, обусловленных недостатками в их физическом и (или) психическом развитии;

осуществление индивидуально ориентированной психолого-медико-педагогической помощи детям с ограниченными возможностями здоровья с учётом особенностей психофизического развития и индивидуальных возможностей детей
(в соответствии с рекомендациями психолого-медико-педагогической комиссии);

возможность освоения детьми с ограниченными возможностями здоровья основной образовательной программы и их интеграции в образовательной организации.

Программа, помимо прочего, должна содержать механизм взаимодействия
в разработке и реализации коррекционных мероприятий учителей, специалистов
в области коррекционной педагогики, медицинских работников школы и других организаций, специализирующихся в области семьи и других институтов общества, который должен обеспечиваться в единстве урочной, внеурочной и внешкольной деятельности.

20 сентября прошло заседание Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере, на котором обсуждались проблемы обучения умственно-отсталых детей. Во время заседания Вениамин Каганов – замминистра образования и науки сообщил, что в 2014 году Минобрнауки РФ разработает специальный образовательный стандарт для детей с ментальной инвалидностью. «В соответствии с законом «Об образовании» должен быть разработан специальный образовательный стандарт для отдельных категорий детей. Мы планируем в 2014 году завершить эту работу, это большой пакет материалов», - сказал Каганов. На что Ольга Голодец – вице-премьер РФ попросила представителей министерства образования и науки ускорить данную работу, и подготовить стандарт для обучения «особых» детей до конца мая 2014 года. «Контрольный срок (подготовки) - май, чтобы было время на апробацию и обсуждение в течение лета, чтобы мы могли принять обсужденный сценарий для групп инвалидов до сентября», - сказала Голодец. Она также поручила создать при Минобрнауки рабочую группу по разработке данного образовательного стандарта. По данным Алексея Вовченко - замминистра труда и соцзащиты РФ, на сегодняшний день на территории России работает 127 стационарных учреждений социальной защиты для умственно отсталых детей в 78 регионах. «В них находятся 20,9 тысячи детей, из них 12 тысяч детей - без попечения родителей, еще 2,1 тысячи - сироты, остальные имеют родителей. В целом, не более 15% этих детей обучаются по (коррекционным образовательным) программам, остальные - осваивают навыки ухода за собой», - сказал Вовченко.Источник: http://www.eduhelp.info/page/v-2014-godu-m...validnostju#cut © Новости образования.
31.08.2013, 08:04
Георгий Халзагаров

Интернет-олимпиада "Родник знаний-2014"

Уважаемые коллеги!
Надо определиться, кто возьмет на себя подготовку заданий по:
1. Начальная школа
2. Средняя и старшая школа
3. Слухоречевая олимпиада
Сроки проведения?
23.08.2013, 15:44
Георгий Халзагаров

Внимание! Срочно!

Уважаемые коллеги!
С сегодняшнего дня, 23.08.2013, я учитель физики и математики массовой школы.
Кто возьмет на себя интернет-площадку?

P.S. Всем большое спасибо за сотрудничество и поддержку!

Я Вас Всех люблю и уважаю!
12.08.2013, 17:59
Георгий Халзагаров

Обращение к коллегам!


Уважаемые коллеги!
Какие новости в ваших школах? Какие новости в области коррекционного образования? Какие планы на будущее нашего сообщества? Ваши предложения, идеи?
С уважением, Георгий Марксович.
06.08.2013, 01:27
Георгий Халзагаров

Что происходит с коррекционными школами?


Директор Института коррекционной педагогики Российской академии образования Николай Николаевич Малофеев

В последнее время тема инклюзивного образования приобрела почти скандальную репутацию. Противники и защитники совместного обучения здоровых детей с детьми-инвалидами ломают копья в дискуссиях. ВОГинфо.ру побеседовал об инклюзии и кохлеарной имплантации с Николаем Малофеевым, директором ИКП РАО.

- Новое законодательство подразумевает объединение школ в более крупные объединения. По какому принципу будут объединять школы для глухих и слабослышащих? С другими коррекционными школами? Или все школы глухих станут одной школой? Или это будут конгломераты из разных школ для детей с ОВЗ? Или как-то иначе? Что про это слышно?

ФЗ «Об образовании» (2012 г.), насколько я понимаю, не предусматривает обязательного слияния учебных заведений. Другое дело, в регионах, в Москве, прежде всего, в последнюю пару лет набирает силу движение по созданию так называемых «образовательных консорциумов». Рассказать, что это такое, доверю изобретателям: «Образовательный консорциум» – новая институциональная форма образования, построенная на кооперации группы школ с иными образовательными учреждениями и образовательными ресурсами с целью обеспечения индивидуальных образовательных программ своих учащихся. При этом в организационном плане Образовательный консорциум может существовать как сеть ресурсных центров профильного обучения, где функции таких ресурсных центров могут выполнять (при определенных условиях) и образовательные учреждения или их объединения, и образовательные программы, и «внеобразовательные» организации (кадровые агентства, например)». [М.П. Черемных. «Образовательный консорциум» как модель сетевой организации профильного обучения старшеклассников].

На бумаге все, вроде, выходит гладко, чего не скажешь о жизни. Во-первых, масштабы и разнообразие России не позволяют, на мой взгляд, внедрить модель равно полезную для всех. Во-вторых, мегаполис, Москва в частности, особое государство, и живет оно по своим законам. В-третьих, всегда есть «высшие цели», о которых «народ» узнает много позже, когда цели эти официально будут признаны ошибочными.

Напомню, закон дал новое определение – «образовательная организация», и таким образом привычная школа или специальная школа утрачивают прежний модус. Комплекс учебных заведений, например, детский сад, начальная школа, специальная школа, гимназия – по закону одна «образовательная организация». В каждом конкретном случае решение будут принимать на местном уровне, следовательно, должна возрасти роль попечительских советов, родителей, ибо они заказчики и могут (должны) влиять на ситуацию. Таким образом многое, если не все, зависит от гражданской позиции каждого участника процесса.

- Не потеряют ли глухие педагоги работу в результате таких слияний?

Не вижу связи занятости педагога и объединения учебных заведений. Трудовое законодательство никто не отменял. Право на работу определяет образование, квалификация и иные достоинства претендента, а не состояние слуха. Претендовать глухому педагогу на работу со слышащими детьми, скорее всего, не будет возможно. Но сохранятся специальные классы и группы, следовательно, сохранятся и рабочие мест для упомянутых учителей.

- Что будет происходить с финансированием бывших коррекционных школ? Система финансирования тоже меняется, как это может отразиться на коррекционном образовании вообще, и в частности на образовании глухих и слабослышащих?

На этот ответ у меня нет однозначного ответа. Если будет принят специальный ФГОС для детей с ОВЗ, должна быть рассчитана стоимость обучения одного ребенка. По сегодняшнему замыслу, финансирование «идет» за учеником. Дополнительные средства по этой схеме должны увеличить бюджет той образовательной организации, куда будет зачислен ребенок с ОВЗ. В последние 15 лет многие коррекционные школы получали столько средств, сколько могли «выбить», а не столько, чтобы обеспечить качественное образование. В школе, как и в семье, деньги следует считать, траты соразмерять с возможностями. В идеале заказчик должен определить точное соответствие «достаточного образования» при «минимуме затрат». В этом уравнении обе части должны соответствовать друг другу. Бюджет обязан обеспечить равенство условий образования вне зависимости от региона проживания ребенка. Остальное – за счет благотворительных средств, внебюджетных источников.

Изменение системы финансирования не должно отразиться на условиях образования глухих и слабослышащих. Внимательно прочтите Статью 79 ФЗ «Об образовании».

Статья 79 ФЗ "Об образовании". Организация получения образования обучающимися с ограниченными возможностями здоровья

1. Содержание образования и условия организации обучения и воспитания обучающихся с ограниченными возможностями здоровья определяются адаптированной образовательной программой, а для инвалидов также в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида.
2. Общее образование обучающихся с ограниченными возможностями здоровья осуществляется в организациях, осуществляющих образовательную деятельность по адаптированным основным общеобразовательным программам. В таких организациях создаются специальные условия для получения образования указанными обучающимися.
3. Под специальными условиями для получения образования обучающимися с ограниченными возможностями здоровья в настоящем Федеральном законе понимаются условия обучения, воспитания и развития таких обучающихся, включающие в себя использование специальных образовательных программ и методов обучения и воспитания, специальных учебников, учебных пособий и дидактических материалов, специальных технических средств обучения коллективного и индивидуального пользования, предоставление услуг ассистента (помощника), оказывающего обучающимся необходимую техническую помощь, проведение групповых и индивидуальных коррекционных занятий, обеспечение доступа в здания организаций, осуществляющих образовательную деятельность, и другие условия, без которых невозможно или затруднено освоение образовательных программ обучающимися с ограниченными возможностями здоровья.

- Принят закон о статусе жестового языка, повлечет ли это изменения в сурдопедагогике? Начнут ли обучать жестовому языку в школе?

По моему глубокому убеждению, «принятие закона» не ведет к кардинальным переменам в сурдопедагогической науке. Практика, конечно, будет меняться. История вопроса насчитывает более сотни лет. У каждой позиции есть свои сторонники и противники, и в зависимости от того, «чья берет», следует смена методов обучения. В рамках интервью бессмысленно вести научную дискуссию, по местам все расставляет время. Другой вопрос, родители, учащийся вправе выбирать свой путь и соответственно учебное заведение, простите, образовательную организацию. Родителям, ученику решать, что для него предпочтительнее: устная речь или жестовый язык. Не забывая, что обретение права выбора предполагает ответственность за него.

В Российской Федерации на рубеже 1990-х годов родители, в том числе и родители детей-инвалидов, впервые получили право выступать наряду с государством заказчиком дошкольного и школьного образования. Но обретя право выбирать между различными формами и системами образования, родители столкнулись с проблемой, до того им неведомой. Прежде цели и задачи школьного обучения ребенка с нарушением слуха задавало государство, оно же выстраивало сеть специальных дошкольных и школьных учебных заведений. Теперь родитель получил большую свободу в выборе образовательного маршрута для своего чада, это его право закреплено законодательно. Вместе с тем недостаточная, а то и полная неосведомленность родителей может сделать их выбор губительным.

- Сейчас делается много операций по кохлеарной имплантации, причем, преимущественно, операции делаются в раннем младенчестве, то есть глухие дети с имплантами, по замыслу врачей, к школьному возрасту должны быть настолько реабилитированы, что смогут пойти в массовую школу. Означает ли это, что сурдопедагогика окажется не нужна? (ведь это может произойти в считанные 10-15 лет).

Имплантирование, применение многоканального кохлеарного импланта — технология относительно новая. Всего два десятилетия тому назад названное медицинское вмешательство представлялось уникальным и сложным. Сегодня операция поставлена на поток, ежегодно кохлеарный имплант вживляется многим сотням детей. Во всем мире врачи убедительно демонстрируют высокое качество медицинской услуги. К кохлеарным имплантам, по нашим сведениям, претензий нет. Почему же многие родители, изначально охотно соглашаясь на оперирование своего ребенка, потом испытывают разочарование и корят себя за сговорчивость? Ожидаемого чуда — «после операции мой ребенок заговорит!» — часто не происходит.

В сложившейся ситуации, как никогда прежде, важно обеспечить семью информацией, используя которую, она сможет решать, что для ребенка полезно, а что нет. Именно этим соображением руководствовались научные сотрудники нашего института, приступая к написанию книги «Кохлеарная имплантация». Полагаю, читатель сможет познакомиться с ней до конца этого года.

Сама по себе кохлеарная имплантация является операцией безопасной. Но никто из нас не любит хирургические процедуры, многие относятся к ним с опасением, которое многократно возрастает в случае, когда оно предлагается младенцу. Случайное слово, оброненное человеком малосведущим или негативно настроенным к кохлеарной имплантации, способно повлиять на судьбу глухого малыша. Впрочем, и оптимистические рассказы о том, что подросток, прежде учившийся в специальной школе, после операции сразу перейдет в общеобразовательную, не менее вредны. Несовпадение родительских ожиданий и реального состояния ребенка, не включенного в работу с квалифицированным сурдопедагогом, объясняют, на наш взгляд, большое количество разочарований. Согласно зарубежным источникам, лишь 67% родителей довольны результатами реабилитации после кохлеарной имплантации.

Опыт, накопленный в стенах ФГНУ «Институт коррекционной педагогики» РАО, свидетельствует: родительские оценки эффективности оперативного вмешательства могут быть более позитивными. Как объяснить подобный феномен? Убеждены, позитивное отношение в нашем случае формируется благодаря двум обстоятельствам: во-первых, сотрудники института оказывают прооперированным детям адекватную сурдопедагогическую помощь, во-вторых, в ходе занятий с ребенком целенаправленно учат близкого взрослого, как продолжить совместную работу с ребенком в домашних условиях. Опасения об умирании профессии сурдопедагога абсолютно необоснованны. Новое время требует от сурдопедагога новых знаний!

- В школах для глухих применяются разные педагогические концепции, какие они и чем отличаются ?

Ответ на этот вопрос следует начать с обращения к Федеральному закону «Об образовании», к статье 12. Образовательные программы. Согласно пункту 5 упомянутой статьи « Образовательные программы самостоятельно разрабатываются и утверждаются организацией, осуществляющей образовательную деятельность, если настоящим Федеральным законом не установлено иное. Действующие образовательные организации должны руководствоваться ФЗ и уставом учреждения, в котором оговорены избранные «педагогические концепции». Такое положение дел позволяет родителям выбирать ту образовательную услугу (педагогическую концепцию), которая соответствует его (родителя) представлениям о желательном для его чада образовательном маршруте.

- Инклюзивное образование. Многие школы взялись за этот эксперимент. Какие результаты? Что есть положительного, что отрицательного? На конференции упоминались тревожные сигналы, жалобы из этих школ, какие жалобы и по поводу каких школ?

Интеграция/инклюзия – одно из приоритетных направлений исследований, проводимых ФГНУ ИКП РАО. Определен, обоснован и экспериментально проверен набор вариантов интеграции/инклюзии, позволяющих подобрать каждому ребенку с особыми образовательными потребностями доступную и полезную для его развития модель интеграции, сохранив во всех случаях необходимую специализированную психолого-педагогическую помощь.

Подлинная интеграция предполагает организацию в общеобразовательном учреждении оптимальных условий для каждого ребенка с особыми потребностями. Простое перемещение ученика из специального образовательного учреждения, имеющего необходимое оборудование и штат квалифицированных специалистов, в неприспособленные для него общеобразовательный детский сад или школу не имеет ничего общего с интеграцией, соответствующей возможностям и особым потребностям ребенка. Формальная инклюзия является, на наш взгляд, скрытой формой дискриминации. Если ребенку предоставляется доступ к общей образовательной системе, не имеющей условий для обеспечения соответствующего его особым потребностям обучения, его право на качественное образование, в действительности, нарушается, положение ребенка не только не улучшается, но ухудшается. Кстати, вступление в силу ФЗ должно нормализовать ситуацию. Обратимся к статье 2. «Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе». Согласно пункту 27 упомянутой статьи, «инклюзивное образование - обеспечение равного доступа к образованию для всех обучающихся с учетом разнообразия особых образовательных потребностей и индивидуальных возможностей».

Сегодня в организации инклюзивного образования немало волюнтаризма, кампанейщины, именно об этом пишут в Комитет по образованию Государственной думы РФ родители и педагоги. На 7 июня Комитетом запланированы общественные слушания «Инклюзивное образование: реализация или дискредитация? (к годовщине ратификации Конвенции ООН о правах инвалидов)». Надеюсь, дискуссия будет конструктивной, и сообща мы найдем оптимальное решение, о котором проинформируем все заинтересованные стороны и, конечно, Министерство образования и науки РФ.

- Какие вопросы образования глухих, вы считаете, стоит поднимать в СМИ?

На мой взгляд, наиболее остро стоит вопрос о том, как складываются судьбы наших учащихся по завершении образования. Насколько они самостоятельны и независимы? Как складывается их профессиональная и личная жизнь? Используя современный штамп, является ли школьное образование социальным лифтом для молодых людей с ограниченными возможностями здоровья или это дорогостоящий, но малопродуктивный институт.

Беседовала Марина Потапова
Фото - Валентин Прикащиков

Специализированная цикловая информационно-разъяснительная программа «От прав к возможностям» нацелена на обсуждение наиболее острых и актуальных проблем, с которыми сталкиваются российские инвалиды, а также на определение путей и методов их решения. В своей информационной составляющей, программа рассказывала о деятельности государственных органов и общественных организаций по обеспечению законных прав и интересов инвалидов и об усилиях всех ветвей власти по совершенствованию и развитию российской правовой системы в интересах людей с ограниченными возможностями здоровья и членов их семей. Очень важно, что эту информацию, оценку, анализ, практические рекомендации давали компетентные эксперты – участники программы. Прежде всего, ее ведущий - О.Н. Смолин (депутат Государственной Думы РФ, первый зам. Председателя Комитета Госдумы по образованию, вице-президент Всероссийского общества слепых, член Комиссии при Президенте РФ по делам инвалидов, инвалид I группы по зрению), а также его гости - депутаты, представители органов исполнительной власти, ученые и специалисты, руководители общественных организаций.

Тема: «Нужно ли инвалидам сдавать ЕГЭ, а если да, то как это сделать?» (выпуск 9)

Гость в студии - Марина Александровна Лукьянова, И.о. заместителя начальника Управления оценки качества образования Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки
Обсуждаемые вопросы:
1. Положения, регулирующие вопросы единого государственного экзамена для инвалидов, установлены в действующем законодательстве.
2. Обсуждались вопросы ЕГЭ.Статистика. Разрешено ли людям с инвалидностью сдавать ЕГЭ при помощи компьютера.
3. Обсуждались вопросы телезрителей.
4. Проблемы со сдачей экзаменов у людей с нарушениями слуха, опорно-двигательного аппарата и ДЦП.
[blogmedia]http://www.youtube.com/watch?v=0OiTYvHqOd4&feature=player_detailpage[/blogmedia]
Статья из журнала «Директор школы» так и называлась:

КОРРЕКЦИОННАЯ ШКОЛА – ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ, ИЛИ ВСЕГО ОБЩЕСТВА?

Написана она Светланой Феликсовной Суворовой, без преувеличения «правой рукой» Олега Николаевича Смолина — лидера ООД «Образование для всех». Как только я поместила эту статью в свою рассылку «Папам и мамам об особых детках», меня «накрыл с головой» «девятый вал» писем. Были возмущенные, были поддерживающие. Не было равнодушных. Сегодня я предлагаю обсудить статью у нас.

Сейчас в регионах России идет закрытие школ коррекции. Подростки с особенностями развития переходят на другие формы обучения. Многие поступают в общеобразовательные школы. Дает ли класс коррекции таким детям полноценное образование? Свое мнение по этому вопросу приводит директор департамента социальных проблем устойчивого развития кафедры ЮНЕСКО/МЦОС «Передача технологий для устойчивого развития», член оргкомитета движения «Образование для всех» Светлана Феликсовна Суворова:
- Сколько детей сегодня нуждаются в специальном обучении? Все ли они имеют возможность получить такую помощь?
По статистике Министерства образования России, минимальное количество детей, которые постоянно нуждаются в коррекционной помощи– 1 млн. 6 тыс. человек. Но имеют возможность получить такую помощь лишь 500 тысяч. Однако, это -оптимистические данные. По оценкам экспертов международных организаций, например ЮНЕСКО, в России из 30 млн. детей, примерно от 2 млн. 500 тыс. до 3 млн. 500 тыс. временно или постоянно нуждаются в специальной педагогической поддержке. При этом стоит заметить, что абсолютное большинство (80-85%) этих детей не получают и не могут получить ее в обычной средней школе. Вот и считайте, примерно 2 – 3 миллиона детей у нас в стране нуждаются в коррекционном обучении постоянно или на какой-то срок, однако не имеют возможности удовлетворить эту потребность.

- Сокращается ли количество детей, нуждающихся в специальном образовании?
Нет, оно увеличивается! Так по данным Министерства здравоохранения и социально-го развития Российской Федерации количество больных детей (от 0 до 17 лет) ежегодно увеличивается на 4-5%, причем. Рост идет за счет увеличения процента страдающих хроническими недугами. Наиболее заметно увеличение заболеваемости детей болезнями костно-мышечной системы (на 53,6% от общего числа заболевших), эндокринной системы (на 45,6%), врожденных аномалий (на 41,8%).
Рост заболеваемости среди детей обуславливает нарастание инвалидизации детского населения. Например, в 2000 году распространенность детской инвалидности составила 205,6 на 10 тыс. детей в возрасте до 16 лет (в 1996 году -150,6 на 10 тыс. детей). То есть, если в 1996 году на 70 детей в возрасте до 15 лет приходился 1 ребенок-инвалид, то в 2000 году такой ребенок-инвалид приходится уже на 55 здоровых детей.
Причины инвалидности отличаются по структуре от хронических заболеваний. Здесь первое место занимают заболевания нервной системы (21,7%, т.е. 39,9 случаев на 10 тыс. детей). Второе принадлежит психическим расстройствам (18,6%, 32,6 случая на 10 тыс. детей). На третьем месте — врожденные аномалии (18,6% ,31,9 случая на 10 тыс. детей). На долю этих трех причин приходится более 50% случаев инвалидности.
Среди нарушений в состоянии здоровья со стойкими расстройствами функций, ограничениями жизнедеятельности, нарушениями социальной адаптации и интеграции в общество наиболее многочисленную группу составляют заболевания, связанные с двигательными-25,0% (1996год-23,8%) и умственными -20,4% (1996год-21,1%) нарушениями.
Ведущим ограничением жизнедеятельности является ограничение способности детей-инвалидов к адекватному поведению — 214168 (1996 год — 159313). Далее следует нарушение способности передвигаться-154788 (1996год-119282), общаться с окружающими — 113952 (1996год-39735) детей-инвалидов.
Вот и судите сами – увеличивается ли потребность в специальных коррекционных образовательных учреждениях притом, что количество детей, имеющих отклонения в развитии объективно увеличивается?
Если к этим, больным, детям прибавить еще и тех детей, которые страдают задержками развития и нарушениями нервно-психической сферы, возникшими из-за тяжелых эмоциональных переживаний и травм, обусловленных неблагоприятными социально-средовыми факторами, станет видно, насколько остра потребность в специализированных коррекционных учебных заведениях. Разве смогут беспризорник, проживший два-три года на улице или «домашний» ребенок, которого родители-алкоголики регулярно избивают и выгоняют из дома, учиться в школе так же, как учатся их здоровые и относительно благополучные сверстники? Конечно же, нет!
Если мы даже оставим в стороне те, действительно экстремальные условия, в которых живут эти дети, и которые не могут не наложить очень тяжелый отпечаток на их развитие психологическое состояние, но есть и другие, очень важные обстоятельства. В развитии каждого ребенка существуют так называемые «сензитивные» периоды, которые наиболее благоприятны для освоения тех или иных знаний и навыков. А в приведенных нами примерах, эти сензитивные периоды, оптимальные для обучения, как правило, проходят в то время, когда ребенок находится в неблагоприятной социально-психологической обстановке, вне школы, а часто и вне дома. Это неизбежно приводит к тому, что обучение и социальная реабилитация такого ребенка требуют значительно больше времени и усилий, и самое главное — совершенно особых умений и знаний педагогов, которые работают с этими — «особыми» — детьми.
То есть, значительная часть российских детей – кто по состоянию здоровья, а кто по «социальным» обстоятельствам, нуждаются в специализированной психолого-педагогической помощи и поддержке. Именно они и являются «клиентами» тех учреждений, в которых с ними работают педагоги-дефектологи, имеющие специальное образование, специальные знания, владеющие специальными приемами и методами обучения, позволяющими распознавать и чисто педагогическими методами корректировать («исправлять») врожденные или приобретенные дефекты интеллектуаль-ного развития, познавательной деятельности и социально-психологической адаптации ребенка.
- Сколько сегодня в России коррекционных школ?
По данным Министерства образования, в 2000 году на территории Российской Федерации находилось 1967 специальных учебных коррекционных заведений для детей с проблемами развития. В 2004/2005 учебном году, по данным Министерства образования, этих учреждений было 1947. По данным того же Министерства образования, к началу 2005-2006 учебного года их осталось уже 1810.
Количество специальных коррекционных учебных заведений уменьшилось почти на 150 единиц, причем 137 школ ликвидированы в течение последнего года. И это – только официальные цифры, в которых фигурируют те учреждения, ликвидация которых полностью документально завершена.
Как я уже сказала в начале беседы, согласно "Сведениям об образовательных учреждениях для детей с ограниченными возможностями здоровья, оздоровительных образовательных учреждениях для детей длительно болеющих" (форма Д-9, утвержденная Государственным комитетом РФ по статистике) в 2004/2005 году система специального образования охватывала около 500 тыс. детей. Все это – данные по состоянию на начало 2005/2006 учебного года. В настоящее время происходит повсеместная ликвидация и «реорганизация» специальных коррекционных учебных заведений, точнее – школ. В региональной печати и среди родительской общественности обсуждаются ситуации с коррекционными школами в Екатеринбурге, Рыбинске, Вологде, Боготоле (Красноярского края), Перми, Нижнем Тагиле. Идет борьба за здания, за собственность. До какого-то времени делили предприятия, заводы, здания отраслевых институтов. Мы знаем истории с исчезновением множества детских садов, которые в период резкого спада рождаемости почему-то полностью перешли в собственность или очень долгосрочную аренду бизнесменам и коммерческим фирмам. Теперь дело дошло и до коррекционных школ, точнее, до их зданий.
Возможно, не последнюю роль играет и желание сэкономить бюджетные средства. Ведь обучение ребенка в специализированной коррекционной школе стоит дороже, чем обучение ребенка в общеобразовательной, массовой школе, и уж тем более, чем надомное обучение, на которое деньги вообще почти не тратятся…
- Какие могут быть для страны последствия политики закрытия коррекционных школ?
Дело в том, что фактически основное содержание деятельности коррекционных школ – это та самая КОМПЛЕКСНАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ (педагогическая, психологическая и социальная) детей с ограниченными возможностями здоровья или с проблемами развития, о которой так много говорится в последние годы, и к которой, на словах, так стремятся представители руководящих органов социальной сферы нашего государства. Не говоря уже обо всех международных обязательствах по преодолению дискриминации инвалидов и по защите прав детей, которые взяла на себя Российская Федерация, корректируя, «исправляя», в процессе роста и взросления ребенка дефекты его развития, специалисты коррекционных школ готовят его к взрослой жизни, к дальнейшему профессиональному образованию и труду.
- Что конкретно дают детям коррекционные школы?
Любая физиологическая, анатомическая или функциональная патология обуславливает специфику приемов и методов ее «исправления». Особенности коррекционного обучения детей с разными патологиями и отклонениями в развитии можно сравнить с действием разных лекарств. Ведь невозможно лечить все болезни некими «универсальны-ми усредненными таблетками». Для каждой болезни нужна своя тактика лечения. Так и с коррекционным образованием. Ребенок с посттравматическим синдромом требует иного педагогического подхода, чем ребенок с врожденной патологией центральной нервной системы. Хотя, зачастую, и у того и у другого ребенка диагностируется задержка психического развития. Для формирования грамотной письменной речи у детей с логоневрозом (заиканием) оптимальны совершенно другие психокоррекционные методики, чем у слабослышащего ребенка. Не случайно, в рамках школьного коррекционного образования существуют различные образовательные программы (стандарты), рассчитанные на особенности познавательной и учебной деятельности детей, имеющих разные возможности обучения. Главное, что объединяет коррекционные школы – это значительный реабилитационный потенциал, основанный не только на специфическом, дефектологическом подходе к образовательному и воспитательному процессу, но и на значительном опыте работы с той или иной патологией. Этот опыт накапливается и обобщается целой группой наук, обеспечивающих коррекционно-педагогический процесс: дефектологией, специальной психологией, психоневрологией, педиатрией и др.
Кроме того, немаловажным для ребенка с отклонениями в развитии является установленный в коррекционных школах особый, щадящий режим – уменьшенная продолжительность занятий, сокращенное количество учеников, особым образом организованный режим труда-отдыха, усиленное питание и т. д.
Многие коррекционные школы работают в режиме школ-интернатов. Сейчас в обществе широко обсуждаются и «обсасываются» недостатки интернатных форм воспитания. Послушав голоса СМИ и так называемой «общественности» можно предположить, что во всех российских детских интернатных учреждениях работают исключительно садисты и маньяки, проводящие время в извращениях и издевательствах над детьми. Замалчиваются многочисленные примеры подлинного благородства, доброты и высокого профессионализма педагогов, посвящающих свою жизнь детям. Мой собственный сын закончил московскую спецшколу-интернат №2 (для слабовидящих детей). И сын, и его одноклассники, теперь уже студенты ВУЗов, с любовью и благодарностью вспоминают большинство своих учителей и воспитателей, навещают свою школу, созваниваются с любимыми учителями.
Кроме того, работа коррекционных школ-интернатов построена по принципу «пятидневки». То есть в среду и в пятницу дети разъезжаются по домам. (На вечер среды и на выходные). Все остальные дни с детьми постоянно работают педагоги и специалисты. Подготовка домашних заданий, занятия со специалистами – врачами, логопедами и пр., внешкольные кружки и факультативы, самообслуживание и прочие занятия в школе-интернате способствуют комплексной реабилитации детей, формированию учебной и трудовой деятельности, созданию механизмов компенсации не только дефектов здоровья, но и решению множества психологических проблем, свойственных «особым» детям. Скажу без преувеличения, коррекционная школа – это настоящая «дорога в жизнь» для многих и многих людей, судьба которых начиналась с большой и совсем недетской беды.
Приведу лишь несколько примеров из судеб многих выпускников коррекционных школ из разных регионов Российской Федерации, полностью и весьма успешно интегрировавшихся в общество и, говоря бытовым языком, построивших карьеру, которую считал бы удачной любой здоровый человек: Артур Луппов, инвалид 1 группы, закончил спецшколу-интернат №1 в Москве, затем – механико-математический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова, кандидат физико-математических наук, много лет работал в Госкомстате России, в настоящее время — доцент Московского экономико-статистического института;
Александр Суворов, инвалид 1 группы, закончил Сергиево-Посадский специализированный интернат для слепоглухих детей, затем – факультет психологии МГУ им. М. В. Ломоносова, доктор психологических наук, старший научный сотрудник Института психологии Российской Академии образования (РАО, профессор кафедры педагогической антропологии Университета РАО;
Рубен Саркисян, инвалид 1 группы, закончил московскую спецшколу-интернат №17, затем – факультет немецкого языка Московского государственного института иностранных языков им. Мориса Тореза, в настоящее время занимается частными переводами технической литературы и переводами литературных произведений, например, его перу принадлежат переводы песен Шуберта по заказу оркестра «Виртуозы Москвы» под руководством В. Спивакова;
Надежда Агафонова, инвалид 1 группы, закончила коррекционную спецшколу-интернат в городе Верхняя Пыжма, затем — юридический факультет Казанского государственного университета, аспирантуру Московской государственной юридической академии, кандидат юридических наук, в настоящее время преподает в этой же академии;
Александр Ильин, инвалид II группы, закончил спецшколу-интернат в городе Чебоксары, затем поступил на физико-математический факультет Чувашского государственного университета, закончив два курса, бросил учебу ради бизнеса в ИНТЕРНЕТ, в настоящее время – один из успешных российских veb-дизайнеров.
И это – лишь некоторые из многих и многих примеров наших сограждан, которые, несмотря на тяжелейшие формы инвалидности, благодаря вовремя полученному специальному коррекционному образованию и квалифицированной психолого-педагогической помощи, смогли на равных со здоровыми людьми получить высшее профессиональное образование, адаптироваться в обществе, многого достичь в своей жизни. Если бы детство этих людей прошло в условиях пребывания в «четырех стенах», в обществе мамы, с положенными 8-ю, максимум 12-ю (в старших классах) часами в неделю общения со школьными учителями надомного обучения, вряд ли бы их ждало что-либо, кроме крошечной пенсии, глубокого одиночества, чувства беспомощности и невостребованности обществом.
Многие выпускники коррекционных школ не стремятся к высшему образованию, а поступают в техникумы, колледжи, профессиональные училища или в специальные учреждения профессионального образования. Самое главное – практически все они готовы к получению профессии и к дальнейшей работе. Они приучены к дисциплине, к требованиям, которые предъявляются обществом к любому человеку «вне дома». Готовы к общению с работодателями и с коллективом. Они имеют опыт жизни в обществе, навыки общения и поведения в различных, в том числе и конфликтных, ситуациях.
Коррекционные школы максимально повышают возможность интеграции в общество детей, имеющих проблемы здоровья или отклонения в развитии, открывают для них реальные социальные перспективы. И в этом их главный смысл и назначение.
- Куда переходят дети из закрывающихся коррекционных школ?
Как правило, при закрытии коррекционных школ учащихся либо переводят в специализированные коррекционные классы, созданные в обычных, массовых школах. Часть детей выводят из школы на надомное обучение, часть – пытаются интегрировать в обычные классы.
«Прелести» надомного обучения уже обсуждались выше. В системе российского образования с 1988 года без изменения действует инструкция Министерства народного образования о количестве оплачиваемых часов для детей, выведенных на надомное обучение (Письмо Министерства народного образования от 14.11.88 № 17-253-6).
1 – 3 (4) классы — до 8 часов в неделю;
4 (5) – 7 ( классы – до 10 часов в неделю;
8 (9) классы – до 11 часов в неделю;
9 (10) – 10 (11) классы — до 12 часов в неделю.
Редко кому из детей, получающих подобное, с позволения сказать, «образование» удается вырваться из порочного «надомного» круга. Их социальные перспективы полностью зависят от энтузиазма, личной добросовестности, образованности и наличия свободного времени учителя, а также от настойчивости и интеллектуального уровня родителей. Согласитесь, это очень редкое, почти невозможное сочетание. К сожалению, абсолютное большинство «надомников» просто обречено на малограмотность и, как следствие — на социальное иждивенчество и нищету.
- Как Вы относитесь к перспективе совместного обучения детей – инвалидов и их здоровых сверстников?
Что касается помещения учащихся из закрывающихся коррекционных школ в обычный класс массовой школы, то сейчас модно приводить примеры Запада. Я тоже пойду по этому сценарию. Сначала — о тех странах, где практикуется подобное обучение: в США в отношении граждан с ограниченными возможностями (а это не совсем то же самое, что наше, российское понятие «инвалид», гораздо шире и разумнее) действует общегосударственная программа «Инклюжен». Основы этой программы были заложены специальными Федеральными законами: "Реабилитационным Актом" (закон 1973 г.) и Законом об обучении детей-инвалидов 1974-1975 гг. Со временем в эти законодательные акты были внесены несколько поправок и дополнений. В восьмидесятые годы XX века в Америке начался активный процесс создания безбарьерной среды — приспособление улиц, переходов, транспорта, объектов социально-бытовой и социально-культурной инфраструктуры, постройки новых зданий, перестройки старых с учетом потребностей различных категорий инвалидов. Для этих целей сенатом и правительством США выделялись значительные дополнительные финансовые средства. В то же время за нарушение принятых стандартов налагались значительные штрафные и иные, вплоть до уголовных, санкции и наказания.
Для того, чтобы отношение к инвалидам изменилось у рядовых граждан, обывателей, проводилась чрезвычайно активная, продуманная и разработанная психологами и другими специалистами, кампания в средствах массовой информации, в образовательных учреждениях, организациях культуры и искусства и т. п.. Большую роль в этом процессе играли религиозные организации. Так произошло изменение отношения к людям с ограниченными возможностями, и так эти люди получили доступ ко всем сферам жизнедеятельности общества. Однако, при этом, именно интеграция в обучение, вызвала наибольшее количество проблем. Значительные трудности возникли с разработкой специальных образовательных программ, пригодных для интегрированного (совместного) обучения, подготовкой педагогов и персонала, разработкой психологических моделей восприятия «особых» детей здоровыми и наоборот – восприятия «особыми» детьми своих здоровых сверстников. Внедрение интегрированного подходы в обучении потребовало значительное количество времени, а самое главное – весьма значительных средств, которые были затрачены Правительством и благотворительными фондами. Модель «Инклюжен» подразумевает, что даже ребенок с синдромом Дауна может обучаться вместе с нормальными, здоровыми детьми. Конечно, для него разрабатываются отдельная программа, свои облегченные задания, к нему прикрепляется персональный ассистент. Подчеркивается, что многое в успешности осуществления интегрированного обучения зависит от учителя, что, естественно влечет за собой выплату соответствующих надбавок и премий к обычной зарплате учителя, которая, к слову сказать, в Америке, в отличие от России, весьма значительно превышает уровень прожиточного минимума.
В Великобритании школьное образование детей с ограниченными возможностя-ми, в соответствии с законодательством этой страны, осуществляется следующим образом: интеграция в обучении и наличие специальных коррекционных школ рассматриваются как необходимые параллельные условия образования. Они поддерживают порядок и гибкость системы образования и позволяют таким детям включаться в нее и отходить от нее по мере того, как меняются их потребности.
До поступления в школу в большинстве регионов Англии, а так же в некоторых других странах, достаточно эффективно используется система «Потедж» (педагогическое обслуживание на дому детей от 0 до 4-5 лет, имеющих проблемы развития). Эта система зародилась в 1970 году в США. В основе работы социальных служб по подготовке детей к школе лежит индивидуальная программа обучения, которая составляется для каждого ребенка с учетом его особенностей.
Говоря о социальном обеспечении в указанных странах, необходимо отметить, что как взрослым, так и детям с ограниченными возможностями, за счет государства обеспечиваются медицинское обслуживание, выплата пособий и компенсаций, а также доставка в учебные заведения, бассейн и т. п. Осуществляют все это социальные службы.
Для того, чтобы наши читатели окончательно поняли различия между Западом и Россией в подходах к образованию детей с ограниченными возможностями, позволю себе привести комментарий Олега Николаевича Смолина, доктора педагогических наук, профессора, Первого заместителя председателя Комитета по образованию и науке Государственной Думы РФ, а кроме всего перечисленного — инвалида I группы по зрению, выпускника специальной коррекционной школы, члена центрального правления Всероссийского общества слепых и почетного члена Всероссийского общества инвалидов. Цитирую дословно: «Более 10 лет мы работали над законом «Об образовании лиц с ограниченными возможностями здоровья».(Пока такого закона в России нет!) Дважды его принимала вторая Государственная Дума, дважды его отклонял Президент Б. Н. Ельцин. Президент В. В. Путин дал прямое поручение своей администрации согласовать с нами текст этого закона. Администрация поручение президента провалила. Все наши обращения ничего не дали. Сейчас подготовлена новая версия этого законопроекта. Мы его скоро будем выносить, и очень хочется верить, что он станет Законом. ».
- Вы очень хорошо показали зарубежный опыт, остановились на законопроек-тах, но, ведь, как Вы правильно сказали, далеко не все дети переходят на на-домное обучение. Часть поступает в коррекционные классы. Есть ли ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ отличие коррекционных классов в массовых школах от специализированных коррекционных школ?
Отличия, конечно, есть и эти отличия фундаментальны. Во-первых, коррекционные школы формируются и действуют, ориентируясь на особенности основного дефекта развития ребенка в применении к задачам обучения. То есть, говоря проще, они разделены по группам патологий, обуславливающих те или иные особенности подходов в обучении. Например: школы для слабовидящих, слабослышащих, детей с нарушениями речи и т. д. Используются соответствующие, специализированные, программы и методики. Обучение осуществляют в основном педагоги-дефектологи. В школе коррекции проводится соответствующая методическая работа. Как правило, такие школы связаны с соответствующими профильными лечебными медицинскими учреждениями, в которых при необходимости осуществляются консультации и лечебная поддержка каждого ребенка. В коррекционных классах обычной школы все это практически невозможно. Практически ни одна государственная школа не сможет ради одного или даже нескольких коррекцион-ных классов дополнительно набрать в штат большое количество учителей-дефектологов и специалистов, ведь учителя-дефектологи получают значительные надбавки за работу «с патологией», причем разные группы патологий обуславливают разные размеры надбавок. Да и количество часов на одну ставку для обычных учителей и учителей, работающих с детьми, имеющими отклонения в развитии — разные. У дефектологов количество часов меньше. Как все это обеспечить и сочетать в обычной школе?
- Есть ли различия в школьных программах коррекционных школ и классов коррекции?
Да! Известно, что даже программа обучения в коррекционных школах по всей стране рассчитана на другие сроки обучения, чем в обычных, массовых, школах. Например, неполное среднее образование дети получают в коррекционной школе за 10 лет, а полное – за 12. Это с учетом того, что начальная школа в коррекционных школах составляет 4 класса. И остальное обучение там на год дольше. В обычных школах, как известно, неполное среднее образование – 9 классов, полное — 11. Как будет решаться этот вопрос?
Как руководство школы организует режим труда-отдыха для детей из коррекционных классов, если учесть, что детям с проблемами здоровья необходим более щадящие условия, чем обычным, здоровым детям? Ведь звонок-то звенит для всех одновременно. И коридоры для всех одни, так же как лестницы, буфет и раздевалки в спортзале. Только одним детям достаточно 10 минут, чтобы переодеться после физкультуры и бежать на следующий урок, а другим необходимо для этого не менее 20 минут. И школьная лестница для одного ребенка – возможность побегать, попрыгать по ступеням, и избавится от лишней энергии, накопившейся во время сидения на уроке, а для другого — непреодолимое препятствие, которое он штурмует как свой, персональный Эльбрус, свою Голгофу. И потребуется много лет и много терпения, чтобы эти, «особые», дети научились также быстро одеваться и также легко штурмовать лестницы, как их здоровые сверстники.
Еще одна большая проблема — во многих средних школах давно созданы, так называемые, «коррекционные» классы, в которых учатся ослабленные дети, дети с трудностями обучения, с поведенческими нарушениями, в общем — любые дети, не «вписывающиеся» в педагогический процесс в обычном классе. Работают в этих «коррекционных» классах обычные учителя и ни о каком «профиле» отклонений в развитии детей при комплектовании этих классов или о специальном, особом, образовании этих учеников речь вообще не идет. Для массовых школ подобные «коррекционные» классы со смешанным составом детей, имеющих трудности в обучении и не определенными причинами и происхождением этих «трудностей», считается нормальным. Считается, что все дети, обучающиеся в таких школах – здоровые. Просто некоторым из них требуется чуть больше внимания, чуть лучше условия, и чуть больше работы.
На самом же деле в коррекционные классы обычных, массовых, школ все чаще и чаще попадают учащиеся, нуждающиеся не просто в «чуть большем внимании» — в серьезной коррекционно-педагогической работе, а многие – в серьезном медицинском обследовании и лечении. Значительная часть этих детей не справляются с программой, не могут вынести нагрузок, нуждаются в особом педагогическом, а точнее — дефектологическом, подходе и щадящем режиме обучения. Причем, обусловлено это не ленью или плохим воспитанием. Причины – в той статистике Минздрава, которая изложена в начале этой статьи.
Я не устаю повторять, по данным НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подрост-ков Российской академии медицинских наук, сегодняшний первоклассник только в 50 процентах случаев может считаться ребенком, который имеет физическое развитие соответствующее региональным стандартам. По сравнению с семидесятыми, восьмидесятыми годами, неготовность детей к систематическому обучению на седьмом году жизни увеличилась в 5 раз!.. По данным официальной статистики, согласно диспансеризации детей в 2002 году, всего 32% детей относятся к первой группе здоровья, то есть — практически здоровы. Именно эту цифру неоднократно озвучивали российский Министр здравоохранения и социального развития М. Ю. Зурабов, и наш Президент, В. В. Путин. Состояние здоровья российских подростков таково, что по тем или иным причинам до 80 процентов из них ограничены в выборе профессии по состоянию здоровья. Каковы последствия такого положения дел? Помимо всего того, что сказано об ухудшении состояния здоровья школьников, прямыми следствиями того, что в общеобразовательных школах обучаются дети, нуждающиеся в специальном, коррекционном образовании, являются: увеличение количества детей с плохой успеваемостью; всеобщее снижение уровня знаний выпускников – малограмотность, отсутствие знаний базовых предметов; рост поведенческих отклонений; «уход» подростков в наркотики и алкоголь; отмечающий-ся психиатрами рост количества психических заболеваний.
Чаще всего ответственность за неуспеваемость «проблемного» ребенка перекладыва-ется на плечи самого ребенка. Дети, не справляющиеся со школьной программой, в условиях массовой школы становятся хроническими неудачниками, теряют интерес к учебе. Постоянный неуспех и негативные переживания школьников зачастую приводят к тяжелым внутренним конфликтам и конфликтам в семьях, побегам из дома, уходу ребенка из школы. На самом деле, при состоянии физического здоровья наших детей и подростков, нам необходимо постоянно открывать новые и новые коррекционные школы, а мы закрываем те, которые уже работают! Хотя в коррекционных спецшколах изначально больные дети реабилитируются, крепнут и выходят, готовые к профессиональному образованию и труду, а в массовых, общеобразовательных школах, даже при наличии классов коррекции, такие же больные дети слабеют, заканчивают школы значительно более проблемными, чем были, когда в них поступали.
-Есть ли примеры сохранения тех школ, которые пытаются закрыть?
Такие примеры есть. Но они всегда основываются на активности родителей и на твердой гражданской и профессиональной позиции педагогов и руководителей системы образования. Например, в Красноярском крае, коллектив Боготольской коррекционной школы-интерната при попытке ликвидировать школу решением Боготольского городского Совета, обратился к депутатам Красноярской краевой Думы с просьбой отменить это решение. Учителя указали краевым депутатам на то, что местная администрация и Совет приняли такое решение в связи с тем, что не захотели передавать здание, в котором находится школа в краевую собственность. Сейчас депутаты Края выясняют основания, на которых принималось постановление о ликвидации школы, чтобы принять окончательное решение, основываясь не на сиюминутных интересах чиновников, а на законодательстве, защищающем права и интересы детей в нашей стране.
Другой пример. Два месяца продолжалась борьба родителей и педагогов с чиновниками Департамента образования против уничтожения Пермской областной коррекционной школы для детей-инвалидов. Содержать успешно действующее образовательное учреждение с уникальными методиками, по мнению чиновников, стало не рационально, и его решили «оптимизировать». 130 детей могли быть переведены неизвестно куда, а большая часть учителей, высококвалифицированных специалистов, лишилась бы работы. Родители и педагоги обратились к общественности. Пермская гражданская палата активно поддержала их требования. В течение всего августа шли общественные акции, переговоры и увещевания. Не обходилось и без взаимных упреков. В результате, департамент образования прислушался к мнению общественности и накануне 1 сентября подготовил приказ, отменяющий ликвидацию спорного учебного заведения.
К сожалению подобных фактов, пока, очень мало. В нашей стране много хороших законов. Слава Богу, много хороших, честных людей. Нам не хватает одного – храбрости. Сказать «Нет! » беззаконным действиям, произволу, несправедливости. Неужели для того, чтобы очнулись родители, педагоги, общественные организации, 10% наших детей должны полностью лишиться возможности получить образование, помощь и поддержку специалистов, потерять свой шанс на нормальную полноценную жизнь. Да, под ударом, пока, лишь дети с ограниченными возможностями, но ведь и в зданиях обычных общеобразовательных школ можно открыть славные магазины, казино и офисы…
(Текст подготовила Елена ГРИГОРЬЕВА)

http://invamama.ru/3/1355/

Учительская газета (ug.ru), Москва, 21 июня 2013 10:48:00
МИНОБРНАУКИ ВЫДЕЛИТ 34 МЛН РУБЛЕЙ НА СТАНДАРТ ОБРАЗОВАНИЯ ДЕТЕЙ-ИНВАЛИДОВ
Министерство образования и науки России объявило тендер на разработку государственного образовательного стандарта обучающихся с ограниченными возможностями здоровья и механизмов его внедрения. Начальная (максимальная) цена этого госконтракта составляет 34 миллиона рублей, соответствующая заявка размещена на портале госзакупок.
В 2011-2012 учебном году в средних общеобразовательных школах обучалось 239 тысяч детей-инвалидов, 204,2 тысячи детей посещали специальные (коррекционные) школы, а более 20 тысяч детей проходили обучение на дому. Из-за неоднородности состава групп детей-инвалидов, диапазон различий в требуемом уровне и содержании школьного образования тоже должен быть максимально широким, соответствующим их возможностям и потребностям, отмечается в документе.
Согласно проектной документации, требуется разработать стандарты начального общего образования и примерные образовательные программы для глухих и слабослышащих, слепых и слабовидящих детей, ребят с тяжелыми нарушениями речи, опорно-двигательного аппарата, с задержкой психического развития, умственно-отсталых и детей с расстройствами аутистического спектра.
Кроме того, необходимо доработать стандарты начального и среднего образования детей-инвалидов в условиях инклюзивного обучения, а также описать особенности осуществления госконтроля оценки качества образования детей с ограниченными возможностями здоровья.
Работы должны быть выполнены в два этапа до 29 ноября 2014 года. Заявки на участие в тендере принимаются до 11 июля, подведение итогов конкурса назначено на 18 июля 2013 года.
17.06.2013, 20:10
Георгий Халзагаров

О наименовании образовательных учреждений


Письмо
Министерства образования и науки Российской Федерации
от 10 июня 2013 г. № ДЛ-151/17
"О наименовании образовательных учреждений"

Министерство образования и науки Российской Федерации в связи с участившимися вопросами по переименованию образовательных учреждений в связи с вступлением в силу с 1 сентября 2013 г.
Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон об образовании) информирует.

Согласно части 5 статьи 108 Федерального закона об образовании наименования образовательных учреждений подлежат приведению в соответствие с указанным законом не позднее 1 января 2016 года.

В соответствии с частью 5 статьи 23 Федерального закона об образовании наименование образовательной организации должно содержать указание на ее организационно-правовую форму и тип образовательной организации. При этом необходимо иметь в виду, что согласно части 6 статьи 108 Федерального закона об образовании при переименовании образовательных учреждений их тип указывается с учетом их организационно-правовой формы.

Типы образовательных организаций установлены в части 2 статьи 23 Федерального закона об образовании.

В свою очередь понятие "образовательная организация" используется в Федеральном законе об образовании, в связи с тем, что образовательные организации могут создаваться не только в форме учреждения.

Согласно части 1 статьи 22 Федерального закона об образовании образовательная организация создается в форме, установленной гражданским законодательством для некоммерческих организаций. Организационно-правовые формы некоммерческих организаций, в которых могут быть созданы образовательные организации, установлены Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" (далее - Закон о некоммерческих организациях). Одной из организационно-правовых форм некоммерческих организаций является, в том числе, учреждение (казенное, бюджетное, автономное).

Учитывая изложенное, Федеральным законом об образовании не предусмотрено включение в наименование образовательной организации общеродового названия всех юридических лиц - "организация", из чего следует, что в наименовании образовательных учреждений слово "учреждение" не требуется заменять словом "организация".

Дополнительно Министерство сообщает, что к числу необязательных сведений, указываемых в наименовании образовательной организации по ее желанию и (или) желанию ее учредителя, относятся следующие:

указание на тип для государственных и муниципальных учреждений (казенное, бюджетное, автономное), предусмотренный Законом о некоммерческих организациях;

указание на форму собственности ("государственная", "муниципальная" или "частная") с целью информирования потребителя образовательных услуг;

указание на особенности осуществляемой образовательной деятельности (уровень и направленность образовательных программ, интеграция их различных видов, содержание образовательной программы, специальные условия реализации программ и (или) особые образовательные потребности обучающихся) или дополнительно осуществляемые функции, связанные с предоставлением образования (содержание, лечение, реабилитация, коррекция, психолого-педагогическая поддержка, интернат, научно-исследовательская, технологическая деятельность и другие);

включение в наименование официального наименования "Российская Федерация" или "Россия", а также слов, производных от этого наименования, по разрешению, выдаваемому в порядке, установленном Правительством Российской Федерации;

использование в наименовании имени гражданина, символики, защищенной законодательством Российской Федерации об охране интеллектуальной собственности или авторских прав, а также полного наименования иного юридического лица как части собственного наименования, в порядке, предусмотренном Законом о некоммерческих организациях.

Таким образом, переименование образовательного учреждения, в первую очередь, будет связано с приведением его типа с учетом его организационно-правовой формы в соответствие с Федеральным законом об образовании. При этом необходимо иметь в виду, что если в отношении образовательного учреждения тип не меняется, то их переименование в рамках Федерального закона об образовании не потребуется.

Частью 5 статьи 108 Федерального закона об образовании определены образовательные учреждения, наименования которых подлежат приведению в соответствие с указанным законом.

Учитывая изложенное, образовательные учреждения, в отношении которых тип, в соответствии с Федеральным законом об образовании, меняется, либо образовательные учреждения, в наименовании которых в настоящее время тип не содержится, должны привести свои наименования в соответствие с Федеральным законом об образовании.

Так, например, с учетом части 5 статьи 108 Федерального закона об образовании:

муниципальное бюджетное образовательное учреждение "Школа" должно быть переименовано в муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение "Школа";

специальные (коррекционные) образовательные казенные учреждения для обучающихся, воспитанников с ограниченными возможностями здоровья должны быть переименованы в общеобразовательные казенные учреждения;

специальные учебно-воспитательные учреждения для детей и подростков с девиантным (отклоняющимся от нормы, общественно опасным) поведением, реализующие общеобразовательные программы, - в специальные учебно-воспитательные общеобразовательные учреждения для обучающихся с девиантным (общественно опасным) поведением;

специальные учебно-воспитательные учреждения для детей и подростков с девиантным (отклоняющимся от нормы, общественно опасным) поведением, реализующие общеобразовательные программы и образовательные программы начального профессионального образования, - в специальные учебно-воспитательные профессиональные образовательные учреждения для обучающихся с девиантным (общественно опасным) поведением;

образовательные учреждения начального профессионального образования и образовательные учреждения среднего профессионального образования - в профессиональные образовательные учреждения;

образовательные автономные учреждения высшего профессионального образования - в образовательные автономные учреждения высшего образования;

образовательные учреждения дополнительного образования детей - в учреждения дополнительного образования;

образовательные учреждения дополнительного профессионального образования (повышения квалификации) специалистов - в учреждения дополнительного профессионального образования.


Д.В.ЛИВАНОВ
footer logo © Образ–Центр, 2019. 12+