Личный кабинет
Дневники

17.07.2010, 18:35
Рустам Курбатов

Пока не наиграются

Шесть лет назад это было. Теперь уже срок давности истек – можно рассказать.

Всё начиналось просто. Четвертый класс, урок в библиотеке: «Можете читать любую книжку по истории...» Стеллаж, несколько десятков книг. Кто-то взял книжку о гладиаторах, кто-то - об истории моды. И вдруг: «А можно про динозавров. Это история?.. А про корабли?... А можно я буду читать о собаках?.. А о морских свинках?..»



Ну, хорошо, читайте о морских свинках. Только, договоримся, что через три урока мы соберемся вместе и каждый расскажет, что прочитал…



Читали и кораблях, и о гладиаторах, и рассказывали, и делали газеты… Каждый занимался, чем хотел. И, можно сказать, интересно было.



Но мне показалось, что этого мало. Хотелось, чтобы было без этого «можно сказать» - просто интересно!



Интересно, азартно, захватывающе на все сто!



Чтоб по-настоящему, как в жизни, как во дворе!



Так появились настольные игры: монополия и подобные. Я их сам принес: хотел, чтобы у ребенка был настоящий выбор занятий: можно играть, можно книжку читать, можно на компьютере фильм смотреть или газету делать.



Чтоб это «делать газету» было не темой урока, не моим решением, а свободным и добрым выбором самого ученика.



Я ждал, что желание возникнет само по себе, интерес зародится в этом монополистическом хаосе как жизнь в первичном бульоне. «Зародится – не зародится» - это вопрос веры, педагогика здесь ни при чем. Если мы верим в то, что ребенок – существо активное, любознательное, стремящееся куда-то – значит, будет жизнь!



Я верил. Если нет – значит всё напрасно. Напрасны наши попытки других отношений в школе, и весь наш Лицей КОВЧЕГ, и вся гуманистическая европейская традиция.



Шестой класс играли весь год в монополию. И что? Выводы какие? Ребенок хочет только играть в примитивные игры. Так может пройти и год, и два. Вообще ничего. Правда, в домонополистичекий период были попытки: например, ставить сценки из «Ералаша». Или инсценировать «Винни Пуха»



А на стенах класса висели газеты. В первой четверти, когда игры не были куплены, они делали газеты. Дети не очень-то обращали внимание на стены. А я смотрел и думал: «А как хорошо всё начиналось…».



Родители смотрели как на идиота, наверное. Каждое родительское собрание - вопль директора школы, что дети ничего не хотят…



А есть ли родители, которые готовы к тому, что дети будут играть, пока не наиграются? Не знаю. Еще раз такого эксперимента не будет. Но если бы дети наигрались – они бы и учились потом.



Единственный положительный итог безумного года: понимание, что в нашем прекрасном лицее, который всегда опирался на интересы ребенка, ребенку не интересно ничего. По-настоящему. Всё остальное - иллюзии сильных учителей. Ничего.



А может, не так уж всё грустно. Может, это школьная интоксикация и сначала надо бы вывести все школьные шлаки – дать возможность наиграться. Но тогда раньше было надо начинать, не в шестом классе, и не один час в неделю.



Срывались от настольных игр, правда, время от времени, пятиклассники - пытались заниматься химией. Опыты по химии и физике – это первый шаг к «учебе».



Стас. Для него это была возможность беситься, кататься на стуле и хохотать. И что?



Саша. На мастерских стали делать вертолет. Вот это школа для Саши. Но всё равно ушел от нас: не хватило наших сил. Сами еще не знали, как всё это делать.



Катя, задумчиво: «Тема моего доклада - Фиолетовый туман». «А, опять ерунда всякая… Еще придумай что-нибудь». «Нет, - говорит, - фиолетовый туман». Махнул рукой. Сделала доклад о картине Моне: Вестминстерское аббатство, фиолетовый туман…



Коля, по прозвищу Батон. Попытка мастерских в 9 классе. Любая тема: книги, компьютерные программы. Что интересует их. Биология… Анатомия… Точнее – размножение человека. Нашли компьютерные программы по анатомии. Вели себя прилично. Раньше спрашивали их когда-нибудь: чем интересуешься, что ты хотел бы узнать?



Даша спокойно сидит в уголке. Гоголь «Мертвые души»



Саша. Я буду делать доклад об Одиссее. Посмотрел фильм, прочитал Куна. Рассказал – ну, школьный отличник. А потом стал играть в Монополию. И хорошо, вопрос лишь в том, сколько времени ему надо, чтоб наигрался. И что думают родители об этом. Детство они не прожили. Мастерская – еще раз проживание детства.



Саммерхилл. Александр Нилл не боялся и говорил родителям: дети будут играть столько, сколько хотят. А тут – дипломатия. Реалпедагогик.



Диалог с Ольгой Лисютенко, радикальным психологом:

- И вообще я не уверен, что они когда-нибудь наиграются и сами захотят…

- Если не уверены, то и начинать не надо было.

footer logo © Образ–Центр, 2020. 12+