Страница добавлена в Избранное

Страница удалена из Избранного

Для добавления в Избранное необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.

Три педагогических правила от Владимира Набокова

Спонсор рубрики «Исторические хроники» - компания «Вотум», разработчик интерактивных решений в области образования.

Знаменитый писатель Владимир Владимирович Набоков сделался преподавателем не от хорошей жизни. Хлеб эмигранта не сладок - ему за границей пришлось зарабатывать и репортерством, и репетиторством, и даже уроками бокса. В 1940 году он, спасаясь от ужасов Второй мировой войны, переместился из Европы в Америку, и вопрос заработка вновь встал перед ним со всей своей беспощадностью. Поэтому предложение преподавать литературу писатель воспринял с огромнейшей радостью. К счастью, дело пошло. Поначалу с Набоковым заключили контракт на один учебный год, а в результате он преподавал в разных учебных заведениях на протяжении целых семи лет.
«Он научил нас читать», - говорили студенты о будущем классике русской литературы.

Эффекты - не так уж и плохо

Один из студентов писал в воспоминаниях: «Набоков прервал лекцию, прошел, не говоря ни слова, по эстраде и выключил три лампы под потолком. Затем... молча опустил шторы на трех или четырех больших окнах... Зал погрузился во тьму... Набоков возвратился к эстраде, поднялся по ступенькам и подошел к выключателям. «На небосводе русской литературы, - объявил он, - это Пушкин». Вспыхнула лампа в дальнем углу нашего планетария. «Это Гоголь!» Вспыхнула лампа посередине зала. «Это Чехов!» Вспыхнула лампа справа. Тогда Набоков снова спустился с эстрады, направился к центральному окну и отцепил штору, которая с громким стуком взлетела вверх: «Бам!» Как по волшебству в аудиторию ворвался широкий плотный луч света. «А это Толстой!» - прогремел Набоков».

Толстого Владимир Владимирович действительно боготворил.

Перед лекцией, посвященной «Улиссу» Джойса, Набоков вывесил огромную карту Дублина с обозначением «улиссовских» мест и маршрутов. Заставлял студентов вставать, нагибаться и смотреть назад между собственными ногами - уверял, что только так можно понять литературу Джеймса Джойса и его особый взгляд на мир.

Рассказывая о прозе Достоевского, Набоков утверждал, что тот постоянно сверялся с медицинским справочником, и вывешивал перед студентами внушительную таблицу - список самых известных героев Федора Михайловича и соответствующих им психиатрических диагнозов.

Объясняя Кафку, рисовал жука в анфас и в профиль.

Словом, не давал студентам заскучать.

Никакой импровизации

Лекции Набокова напоминали остроумные импровизации, однако, не являлись таковыми. Мудрый литератор прекрасно отдавал себе отчет, насколько непредсказуемо вдохновение - как в написании текстов, так и в устной речи. К моменту первого выхода на преподавательскую кафедру у него было написано 2 000 страниц текстов лекций. Каждая занимала 50 минут и умещалась на 20 листах бумаги. Студенты, вспоминая лекции Набокова, обычно отвечали, что перед ним всегда лежала стопка бумаг.

Он настолько не доверял импровизации, что даже обратился к руководству колледжа с просьбой позволить ему записывать лекции дома на магнитофон и включать эти записи в аудитории. Разумеется, он получил отказ.

Впоследствии конспекты лекций Набокова – «Лекции по русской литературе», «Лекции по зарубежной литературе» и «Лекции о Дон-Кихоте» были изданы отдельным трехтомником.

Строгость - залог эффективности

Набоков приходил на лекции в стоптанных теннисных тапочках - в то время это было явным вызовом консервативному американскому обществу. При этом сам Владимир Владимирович требовал от студентов просто нечеловеческой дисциплины. Он сразу объявлял, что у него на лекциях строжайше запрещено «разговаривать, курить, вязать, читать газеты, спать».

Требовал, чтобы студенты каждый раз занимали одни и те же места в аудитории. Влюбленные пары были обязаны рассаживаться по разным углам.

Доходило до абсурда - строгий преподаватель отпускал в уборную только по предъявлении соответствующей справки от врача.

Еще более строг был Набоков при оценке студенческих знаний. При этом одним из важнейших критериев для него было наличие или отсутствие пошлости. «Пошлость − это покушение морали, философии, истории на суверенные границы искусства», - уверял требовательный преподаватель.

И все это лишь прибавляло ему популярности.

Спонсор рубрики «Исторические хроники» - компания «Вотум», разработчик интерактивных решений в области образования.


Автор

Алексей Митрофанов

Все материалы автора

Количество подписчиков: 40

Подписаться Отписаться

Комментарии (1)

  1. Валерий Ганузин 4 Февраля, 2018, 19:30

    Набоков Владимир - Лекции по Русской литературе.
    https://royallib.com/book/nabokov_vladimir/lektsii_po_russkoy_literature.html

    Статус в сообществе: Пользователь

    На сайте: 7 лет

    Род деятельности: Преподаватель в организации высшего образования

    Регион проживания: Ярославская область, Россия