Коммунары 90-ых годов 25 лет спустя

В 90-ых они зачитывались сборником «Педагогический поиск», книгами Лутошкина, Корчака, Макаренко, Иванова, любое дело рассматривали с позиции КТД,  пели песни, стоя с детьми в «орлятском круге». И мечтали, мечтали, мечтали. Что стало с ними и с их мечтами, выяснял Педсовет.

Нам хотелось улучшить мир

Ольга, 51 год, руководитель ивент-агентства: «Коммунарство – это была прекрасная эпоха в моей жизни. Мы были молоды, мы были идеалисты. Естественно, как всем молодым, нам хотелось улучшить мир, и мы верили, что у нас получится. Вокруг нас были дети, подростки, и мы создавали из них единый коллектив с едиными ценностями, принципами, целями и устремлениями. Такая деятельность вдохновляла, ощущение единства, коллективизма очень грело душу. 

А потом… А потом мы все выросли. И оказалось, то в реальной взрослой жизни уже нет места и времени на мечты, на «орлятский круг» и на веру в коммунарские идеалы. Нужно было жить, работать, зарабатывать деньги, заводить семьи. Так что все осталось в прошлом, в памяти. Но вспоминать приятно и немного грустно. Как будто сам себя обманул. Жалею ли о том, что коммунарство было в моей жизни? Ничуть! Жалею ли о том, что оно так быстро закончилось? Наверное, немного».

Из моей жизни коммунарство никуда не делось

Наталия, 48 лет, учитель русского языка: «Из моей жизни коммунарство никуда не делось. Да, многие идеи трансформировались, от многого я отказалась, но основные постулаты использую в своей работе всю жизнь. Постулаты гуманизма. Человек, его достоинство, его принципы, его личность – всегда превыше остального. Коллектив с едиными ценностями – это большая сила. Творчество должно быть во всем. 

Сейчас, конечно, коммунаром я себя назвать не могу, но, представляете, до сих пор люблю с учениками попеть в «орлятском круге» (смеется). Только за последние 25 лет песен добавилось. 

Вообще в коммунарстве ничего плохого не вижу. И думаю, что технологию коллективно-творческих дел стоит использовать любому учителю. Для меня коммунарство было первым шагом в профессию,  и за это я ему очень благодарна. Работаю в школе 25 лет и чувствую себя на своем месте».

Интересно и страшно

Станислав, 50 лет, историк: «Это был интересный и обогащающий опыт. Для меня в коммунарстве  самое важное было – наблюдение за тем, как меняются люди, попадая в коллектив, живущий по определенным законам. У нас были дети из разных школ, из разных сред, кто-то попадал к нам осознанно, кто-то случайно. У кого-то сначала было отторжение наших традиций и идей, недоверие к нам, даже протест. И вот процесс того, как самые разные дети с изначально разным отношением к происходящему потихоньку меняются, оттаивают, начинают верить, дышать со всеми на одной волне – это было очень интересно. 

Интересно и страшно. Потому что тогда я впервые понял, почему так эффективно работают секты. Хоть мы и пытались избегать идеи, что вот мы тут все свои, все друг друга понимаем, а весь остальной мир – это чужаки, с которыми не о чем говорить, все равно это чувствовалось. Оказалось, что очень легко увлечь подростков, превратить их в восторженных последователей. Да, мы не ставили никаких разрушительных, вредоносных целей, мы были идеалистами и проповедовали только добро, взаимопонимание, уважение к коллективу и к каждому члену этого коллектива, но легкость, с которой у нас получалось разных детей и подростков заразить нашими идеями, меня, например, пугала. Я рад, что у нас все развалилось, и наш опыт так и остался опытом, ни к чему не приведшим». 

Это был очень опасный эксперимент

Анастасия, 47 лет, менеджер по туризму: «Тогда мы все были молоды и очень наивны. Мы думали, что способны быть настоящими педагогами, влиять на умы и души детей, воспитывать их в русле тех представлений, которые получили из книг. Сейчас я, конечно, понимаю, насколько это было безответственно и опасно. Да, у нас был энтузиазм, у нас горели глаза, мы были готовы на многое, но мы совсем не думали о том, что можем навредить, что можем кому-то просто сломать жизнь, показав ему, как прекрасно и замечательно существовать в коллективе единомышленников, а потом выпустить в реальную жизнь. Это был очень опасный эксперимент и самое страшно – то, что мы не понимали его опасности. Как тут не вспомнить: «Благими намерениями вымощена дорога в ад»? Очень надеюсь на то, что мы не сильно навредили тем детям, которые в нас поверили тогда».

Это было хорошее время

Наталья, 50 лет, психолог: «Коммунарство – это моя юность, как я могу вспоминать об этом без теплоты? А вспоминаю часто. Сейчас среди моих друзей в Facebook есть те, кто тогда, 25 лет назад, были детьми и были с нами. Они уже взрослые дяди и тети, но тоже с теплотой вспоминают те наши общие годы, наш лагерь, который мы собирали 4 раза в год, наши спектакли, наши игры, наши кружки, наши песни у костра. Это было хорошее время, мы были все вместе, мы творили, мы жили в полную силу, мы верили друг другу и друг в друга. А что еще надо в юности? Сильные эмоции, яркие впечатления, мечты, надежды, желание сделать мир лучше… Все это у нас было. У нас и у наших воспитанников. Так что те годы для всех нас стали хорошим стартом. Тогда во всех нас закладывались основы, которые помогают нам жить до сих пор».


 

Воспитание
Вам будет интересно: